Дни, когда я плакала [litres]

– Но я не знаю, достаточно ли у нас времени, чтобы выяснить всё это до завтрашней полуночи. Мне нужно уехать домой сразу, как мы посмотрим фильм у Одена.

– Почему? – спрашиваю я, не задумываясь.

Он смотрит на меня так, словно я перешла все мыслимые границы.

– Потому что у меня есть дела. Обязанности. Ответственность. То, о чем тебе никогда не приходится беспокоиться в твоей беззаботной жизни.

– Эй! – я указываю на него пальцем. – Моя жизнь вовсе не беззаботная.

Он смотрит на меня так, словно готов поспорить. Но вместо этого говорит:

– Может, тебе стоит подумать о том, чтобы выполнить что-нибудь из твоего списка. Тогда мы выиграем немного времени.

Я чувствую, как у меня в груди растет напряжение.

– Я не могу ничего выполнить из этого списка, поэтому шантажист и использует его против меня. Он знает, что я не могу.

– Ой, да успокойся. Мы выполним самое простое.

– И что из этого простое?

– Ну что-то должно быть. Дай-ка мне снова взглянуть на список.

Я беру телефон с центральной панели и передаю ему. Он заходит в мои сообщения в Инстаграме.

– Ладно, вот. Завтра мы съездим в колледж, в который тебя приняли.

– Мы? – Я бросаю взгляд на него, потом на дорогу. – Ты поедешь со мной?

– Ага, – отвечает он так, будто это само собой разумеется.

– Ладно, класс! – Я осознаю, что сделать это одной – самая трудная часть этого пункта. Никто не знал, что меня не приняли в Колумбийский университет, и мне недоставало храбрости, чтобы одной съездить в места, куда я поступила. Идея поехать – это просто.

– Сверни на эту дорогу, – говорит Картер, а потом спрашивает: – В какие колледжи ты поступила?

– Хьюстонский университет и Государственный университет Сэма Хьюстона.

– Они оба в Хьюстоне?

– Университет Сэма Хьюстона в Хантсвилле.

Он бросает на меня смущенный взгляд.

– А это где? – прежде чем я успеваю хотя бы попытаться объяснить, он мотает головой. – Не, просто съездим в Хьюстонский, – он указывает вперед: – На этом светофоре налево.

– Как-то стремно, что я попала только в те университеты, где полно преступников.

Он смотрит на меня.

– В смысле?

– Хьюстон – один из самых опасных городов в Америке. А Хантсвилл, если ты не знал, – я бросаю на него быстрый взгляд, – тюремный город.

– Во-первых, – говорит Картер, явно задетый, – каждый город по-своему опасен. Во-вторых, Хьюстонский университет находится в центре Хьюстона. Просто не езди в южные районы, и с тобой всё будет в порядке.

Я закатываю глаза.

– От этого мне, конечно, легче. И что вообще представляет собой Хьюстонский университет? Какими программами известен?

– Я не знаю, Куинн. Может, тебе стоит изучить этот вопрос, раз есть шанс реально туда поехать.

Я фыркаю.

– Почему ты поливаешь его грязью, хотя еще даже не побывала в кампусе?

– Я не поливаю его грязью.

– Поливаешь. Конечно, я понимаю, что он недотягивает до стандартов Колумбийского университета, но… ты ведь тоже.

Упс! Да, это правда, но… Черт!