Вьетнамские каникулы. Необязательная встреча

– Нет. У меня вьетнамских денег нет. Закончились. Осталось долларов триста, но они в номере и наверно еще мокрые.

– Хом ко тьен. Нгай май. (Денег нет. Завтра.) – улыбаясь произнес я.

– Хом ванн де зи, – произнесла вьетнамка и вернулась к работе.

– Что она сказала?

– Если честно я не понял. Скорее всего: «Без проблем». Витя, я тебя очень прошу, не забудь завтра отдать ей деньги.

– Хорошо.

Вернувшись в номер, Виктор, не дожидаясь Эрика, выпил и через несколько минут, когда кровь обогатилась рисовым «ядом», начал свой рассказ.

– Мммм, да. Почему мне нельзя бросать пить? Начну с того, что родился я в Комсомольске-на-Амуре, в семье простых инженеров судостроительного завода. Учился плохо. Как это всегда бывает в любом классе любой школы, обязательно есть отличница-красавица, умник-зубрила и махровый двоечник. Так вот, я был тот самый, традиционно-махровый двоечник. Когда мне было одиннадцать, мы переехали в другой район, и меня перевели в другую школу, где я занял почетное место «двоечник № 2».

– Почему «номер два»?

– Потому что в классе уже был другой двоечник. До моего появления, он жил не тужил, ничего не делая ни дома, ни на уроках. Пуская слюну на задней парте, он перетекал из одной четверти в другую с минимально допустимыми оценками. И тут я! Если в классе один двоечник – это нормально, но, когда их два, это уже плохая статистика. А в то время за неуспеваемость, учителей наказывали рублем. Возникла проблема. Недолго думая, учителя попытались из предыдущего двоечника сделать троечника, но увы ничего не получилось. Вова Невенчаный (так его звали) твердо стоял на своем, и получать знания принципиально отказывался. Тогда они взялись за меня, и надо сказать у них получилось. Особые успехи проявились в математике. Каким-то странным образом, мне удавалось достаточно быстро производить разнообразные вычисления в уме. Причем получалось всё как-то само собой, без особых усилий. В какой-то момент, даже рассматривался вопрос о моём участии в областной олимпиаде по математике. В хорошисты я не выбился, но троечником-середнячком стал. Чтобы не быть двоечником у меня была еще одна косвенная мотивация. С первого дня пребывания в новой школе я влюбился в классную красавицу-отличницу. Начал ухаживать, но девочка с голубыми глазами и русыми, до задницы, волосами, общаться не хотела. Чтобы как-то выделиться, я занялся боксом. Через полгода одноклассники стали бояться, но внимания со стороны красавицы-отличницы не прибавилось. Тогда я решил стать чемпионом, посвятив все свободное время спорту. Два года я усиленно тренировался. Выиграл районное первенство, но на городских соревнованиях получил серьезную травму, которая поставила крест на спортивной карьере. Расстроенный отсутствием перспектив, я перестал учиться, вернув себе звание «двоечник № 2». Кое-как, с помощью родительских «магарычей» мне дали закончить школу. Выпускной совпал с пиком «девяностых». Тогда в стране, всем разом захотелось быть богатыми и красивыми. Моя отличница не стала исключением. Поступив в институт, она сразу стала встречаться с каким-то молодым коммерсантом. Я был в бешенстве. Нужны были деньги. Много денег. «Имея много денег, я смогу купить себе всё!» – решил я и двинулся на заработки. Получать профессию, когда вокруг все «рубили капусту» совсем не хотелось, а становиться коммерсантом не было денег. Из начального капитала были только пять лет занятия боксом. Самое простое было вступить в ряды «Общака».