Проблемы локализации места Вожской битвы

О маршруте движения войск Бегича к Воже нет никаких сведений, но путь татар можно в значительной степени восстановить по материалам XVII в., в которых приводятся довольно подробные сведения о маршрутах татарских войск в глубь русской территории, проходивших через рязанскую землю. Обычно татарские набеги начинались у южных пределов княжества, в верховьях Дона и его левых притоков, откуда открывалась дорога через Рязань и Коломну в центральные районы Русского государства [25. С. 181]. В XVII в. восточнее Дона через верховья Битюга, между Полевым Воронежем и Цной проходила хорошо известная Ногайская дорога [26. С. 52, 68. Рис. 3]. Этот путь набегов на Русь был традиционным и наиболее часто использовался татарами [25. С. 182]. Таким образом, Бегич двигался с юга или с юго–востока, и в этом случае кратчайшая дорога на Москву шла не через нижнее течение Вожи, а через среднее.

К тому же, проходить Бегичу в непосредственной близости от хорошо укрепленного Переяславля, где находился с дружиной союзный в это время Дмитрию рязанский князь Олег Иванович, было довольно рискованно. В 70‑х гг. XIV в. отношения Дмитрия Ивановича Московского и Олега Ивановича Рязанского были дружественными (не считая конфликта 1371 г.). С лета 1372 года Дмитрий рассматривал рязанского князя как своего союзника. В этом году они совместно подписали перемирие с литовским князем Ольгердом [27. № 6. С. 22]. В 1375 г. во время тверской войны рать Олега Ивановича не входила в состав союзных войск, но, как считает В. А. Кучкин, Рязань и Москва сохраняли союзнические отношения, а в московско–тверском договоре рязанский князь фигурирует в качестве третейского судьи [27. № 9. С. 28; 4. С. 101].

В тот же период отношения Рязани с Ордой были напряженными и даже враждебными. В 1373 году татары разграбили Рязанское княжество [23. Стб. 104; 6. С. 19]. Под 1377 г., непосредственно перед Вожской битвой, Никоновская летопись сообщает о нападении татар на рязанскую землю: «Тое же осени царевичъ Арапша приходил на Рязань изгоном и многа зла сътвори возвратися въ свояси» [6. С. 28–29; 28. С. 217].

Если Бегич шел с юга или с юго–востока, то объяснимо участие в битве на Воже дружины пронского князя Даниила — путь татар пролегал по территории Пронского удельного княжества. Этот фактор, не считая довольно тесных в то время связей Пронска с Москвой, оказал решающее влияние на присоединение прончан к московскому войску. Вероятнее всего, весть о походе татар на Москву была получена от Олега Ивановича, и участие пронского войска в составе московской рати проходило при молчаливом согласии рязанского князя. Не случайно Мамай, желая отомстить за поражение в Вожской битве, обрушил свой удар именно на Рязань [23. Стб. 135; 24. С. 127]. Летописи отмечают сожжение Преряславля Рязанского, а Никоновская сообщает, что татары «взяша градъ Дубокъ и сожгоща», [6. С. 43]. Находившийся на юге Рязанского княжества Дубок, вероятно, входил в состав Пронского удела.