Осторожно! Двери закрываются (СИ)
- Автор: Violetblackish
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Осторожно! Двери закрываются (СИ)». Краткое содержание книги:
***
— Как вы добирались до моего кабинета сегодня? — спрашивает доктор.
Доктор Робертс, вспоминает Оливер. Так он велел себя называть. В его голосе нет осуждения. Это просто вопрос. Оливер ерзает в кресле. От его дома до кабинета доктора Робертса восемнадцать минут езды. Три минуты шагом до станции. Потом от Виктории до Оксфорд Серкус — всего пять минут в подземке, а потом еще десять минут пешком, но Оливер проехал до Брикстона, потом обратно до Севен Систерс и только потом снова до Оксфорд Серкус, но там не вышел, а перешел на центральную ветку и проехал до Иппинга, чтобы снова вернуться. Сколько у него это заняло времени? Разве важно? Но доктору надо отвечать. Он здесь для того, чтобы помочь, снова напоминает себе Оливер. И потом на приеме у психотерапевта полагается говорить. Смешно, что ты платишь деньги и целый час говоришь за свои кровные, а доктор только и делает, что слушает и ставит закорючки в блокноте.
— На такси? Пешком? На метро? — доктор меняет ногу и подпирает висок указательным пальцем. Он весь внимание. Но он и так все знает. Сегодня они опять будут говорить об одном и том же. Зачем Оливеру отвечать?
— Сколько времени вы проводите в подземке? — продолжает давить в том же направлении доктор Робертс. — Я имею в виду в день.
Оливер зажимает ладони между коленей. В кабинете у психотерапевта холодно. В подземке жарко. Особенно на старых ветках типа той же Виктории. Оливер чувствует сонливость. Сегодня ночью он почти не спал. Ему хочется прислониться виском к поручню и еще немного подремать под голос Джейсона. А вместо этого он вынужден отвечать на неприятные вопросы доктора. Но ведь это должно помочь? Но как ответить на последний вопрос? Ведь проще подсчитать, сколько времени Оливер проводит вне метро.
— Вы не боитесь, что ваше поведение привлечет внимание полиции? На станциях полно камер, и тот факт, что вы бесцельно катаетесь на поездах, может показаться странным.
Оливер усмехается и наконец разлепляет губы:
— Я часто меняю линии… иногда даже поднимаюсь наверх, но пока никто меня ни о чем не спрашивал.
Всем плевать, думает он про себя. Даже если совсем рядом кто-то загибается от горя.
— Вы что-нибудь едите в течение дня?
— О, с этим просто, — радуется вопросу, на который есть ответ, Оливер. — На платформах продают все что угодно: от кофе до бутербродов.
Но он их не ест. Аппетита нет абсолютно. Об этом Оливер не говорит. Об этом его не спрашивают. Доктор Робертс стучит ручкой по толстому блокноту в руках. Время от времени он делает там пометки, и Оливеру интересно, что именно там пишет психотерапевт, но на сегодня это его третий визит, а заглянуть в блокнот так и не удалось.
— Вот что, — решает доктор Робертс, — я дам вам домашнее задание. В следующий раз вы должны приехать ко мне на такси. Не садитесь за руль. При приеме тех лекарств, которые я вам выписал, это исключено. Посмотрим, что из этого выйдет.
— У меня закончился рецепт на валиум, — отвечает Оливер невпопад.
***
— Осторожно, двери закрываются! Следующая станция Южный Кенсингтон.
Жаль, что Джейсон никогда не снится Оливеру. Ни злой, ни веселый, ни равнодушный. Всего год прошел, а его лицо почти стерлось из памяти. Хотя сегодня ему приснился его запах. Как может присниться запах? Может. Оливер проснулся и вспомнил так ясно, словно Джейсон снова рядом. Пахло теплом, чистым вымытым телом и резкой, тревожной ноткой высыхающего на коже пота. Оливер уткнулся в подушку и попытался уснуть. Не вышло. На улице еще было темно. Но метро, слава богу, уже открылось. До Южного Кенсингтона минута тридцать секунд, и поезд, качаясь, выбирается на поверхность. Шум, отскакивающий, дробящийся от стен туннеля, стихает, и свет заливает вагон. Режет глаза.
— Станция Южный Кенсингтон. Переход на линию Пикадилли. Выход к музеям Виктории и Альберта, Науки и Национальному историческому музею. Помните о зазоре между вагоном и платформой!
На платформе пусто, и из открытых дверей тянет холодом. Оливер ежится. Еще одна побочка лекарств — ему постоянно холодно. Наконец сигнал тревожно пищит, предупреждая, что двери вот-вот закроются, и, естественно, именно в этот момент в поезд влетает бездомный. За ним в вагон заскакивает лохматая черная собака. Бездомный с вызовом оглядывается по сторонам, и люди прячут глаза. Тем, у кого все хорошо в жизни, всегда чуток стыдно перед теми, кому повезло меньше. Хотя перед Оливером совершенно молодой парень. Практически ровесник, только одежда погрязнее и запах такой, что тошнота накатывает с новой силой. Оливер прячет нос в воротник свитера и опускает глаза вниз. И, разумеется, видит огромную, раздутую, неестественно розовую ногу бомжа, покрытую язвами.
— Осторожно, двери закрываются! Следующая станция…
— Дамы и господа! — прерывает Джейсона громкий голос бездомного. Оливер вздрагивает. Джейсон продолжает что-то говорить, но бомжу решительно наплевать. — Прощу прощения за это обращение, но мне не хватает буквально несколько фунтов для того, чтобы заплатить за место в хостеле сегодня, а ночи сейчас невероятно холодные.
Из-за его голоса решительно ничего не слышно. Ни название следующей станции, ни название линии, ни конечную остановку. Оливера накрывает алая пелена ярости. Он поднимает голову и смотрит на бомжа, который все никак не может заткнуться. Его черная собака зевает и показывает Оливеру язык. Голос Джейсона все же вклинивается, стоит бездомному замолкнуть.
— Напоминаем, что сегодня линия Пикадилли не обслуживается между станциями Грин-парк и…
— Позвольте прочитать вам отрывок из стихотворения Джона Китса «Ода соловью», — все снова заглушает голос чертова бомжа.
«От боли сердце замереть готово,
И разум — на пороге забытья,
Как будто пью настой болиголова.
Как будто в Лету погружаюсь я…»
Оливер знает это стихотворение. Он учил его в школе. Оно ужасно длинное. Особенно сейчас. А голос у бомжа на удивление громкий и звонкий, что странно при его образе жизни и наверняка слабых легких. Ярость уходит так же быстро, как накатила, но вместо нее накрывает паника. Оливер решительно ничего не слышит из того, о чем говорит Джейсон. Рубашка под свитером моментально липнет к спине. Он смотрит на вонючего бомжа и мечтает о том, как сунет его патлатую грязную голову, с тусклыми свалявшимися волосами между тяжелыми, закрывающимися дверями вагона и будет держать, пока та не треснет, как переспелая дыня.