Анатолий Чубайс: великий инквизитор

В свою очередь это «шевеление» выросло из глубокого кризиса экономики и внешней политики СССР в последние годы правления Л.И. Брежнева, осложненного конфронтацией США из-за вторжения в Афганистан, американской программы «звездных войн», активности профсоюза «Солидарность» в Польше, попыток президента Рейгана сорвать экспорт советского газа в Западную Европу и т. п.

Серьезные изменения произошли и в настроениях советского населения. Хрущевская дестабилизация освободила людей от прежнего страха перед «отцом народов», но и хрущевский энтузиазм не заставил их лучше работать на державу.

Вы делаете вид, что нам платите, мы делаем вид, что работаем. Эта горькая шутка-прибаутка брежневских времен четко отражала отношение простого гражданина СССР к его властям.

За минувшие после Великой Отечественной войны десятилетия многократно обманутый властями «совок» (советский человек) — в сталинскую (1947 г.) и хрущевскую (1961 г.) денежные реформы, с выплатой по облигациям принудительных госзаймов, при низкой зарплате, постоянном дефиците, — как некогда русский крестьянин, уже не верил никаким посулам и обещаниям властей (особенно местных), а по-прежнему выживал. Но в 60—80-х гг. это выживание приняло иные формы, нежели до революции и даже в годы нэпа. Тогда еще сохранялась выживаемость традиционного крестьянского мира — работа не только на земле от зари до зари большой сельской семьей, но и отходничество в осенне-зимнее время: артельная работа на стороне, мелкая торговля в близлежащих городах, пилка-колка дров в домах горожан, ломовой извоз и т. п.

В хрущевско-брежневские времена это отходничество приняло новые формы. Сначала молодежь поехала на целину, затем — на «стройки коммунизма» в Сибирь, а по мере усиления фактора денег — в стройотряды, которые в сельской местности успешно конкурировали с традиционными «шабашниками» из северо-кавказских автономий, из Молдавии и с Западной Украины.

Однако по-прежнему кормильцами для очень многих селян и горожан оставались родимые приусадебные участки и пресловутые «шесть соток». Доля продуктов из «личных хозяйств» (так в официальной статистике именовался этот «частный сектор») в брежневские времена по сравнению со сталинскими значительно выросла. Уже в 1979 г. «шесть соток», занимавшие всего менее трех процентов сельхозземель, давали «совку» почти 60 % картофеля, 30 % овощей, 30 % молока, почти 30 % мяса и 33 % яиц.

И эти успехи были особенно впечатляющими на фоне все большей деградации официального колхозно-совхозного сельского хозяйства, где к 1980 г. одни убытки составили более 500 млн. руб., которые, как и в царские времена, брежневское руководство неоднократно списывало. Старый сталинский вопрос — как-заставить людей работать? — к концу брежневской эпохи зазвучал еще громче. Несть числа постановлениям ЦК и Совмина СССР по сельскому хозяйству, в 1978 г. на его подъем был брошен молодой и энергичный Михаил Горбачев, но снова оказался прав мудрый историк Сергей Соловьев: «указами нравы не исправишь».