Приподнявшие завесу. Карельский инцидент [litres]

– Анцыгин, Фролов, где вас черти носят?

За годы службы, Влад, со старанием опытного психолога изучил всю гамму интонаций, своего начальника – полковника Бархударова. Это искусство, не раз позволяло ему избегать нежелательных последствий для себя и своих друзей, и при прямой беседе позволяло использовать шефа в качестве своеобразной информационной стойки, по которой он определял текущий рейтинг своей команды. Сейчас, не уловив особой жесткости в обращении, сказанном больше для дисциплинарной профилактики, Влад невозмутимо взглянул на начальника.

– Извините Егор Григорьевич, с утра сейчас такие пробки. Проспект со среды на ремонте. Сейчас даже маршрутчики дворами до центра добираются.

– Ладно, парни давайте… – по-отечески строго начал подгонять полковник. – Алексей занялся видеокамерами. Игорь, опроси еще раз рабочих. Тело сейчас повезут на заключение, давай осмотри еще раз комнату, а я поищу декана.

Последние слова были адресованы Владу, который, молча кивнув, зашел внутрь.

Раздвоенная стеклянными перегородками, просторная, но с очень низким потолком аудитория, представляла собой по сути две комнаты; они соединялись между собой небольшим трехступенчатым, восходящим переходом, и дальнее от входа помещение получалось, как бы нависало над ближним.

В первой, занимавшей три четверти всей площади половине, располагалось специфическое лабораторное оборудование и длинный химический стол со всевозможными ампулами, ретортами и микроскопами различных величин. Смежная комнатка, была заставлена металлическими стеллажами, доверху набитыми толстыми медицинскими справочниками и папками. Здесь же теснился компьютерный стол, расположенный таким образом, что сидящий за ним человек мог через стекло обозревать всю лабораторию.

Влад, осматриваясь, отметил про себя, что самого компьютера ни на столе, ни на полу не было, хотя из розетки, разъединенный от блока питания, торчал питающий провод для ноутбука. Он бегло осмотрел лабораторию, обратив внимание на порядок и чистоту в этой зоне, и вернулся в маленький офис. Явных следов борьбы и беспорядка тут тоже не наблюдалось, тем более странным показался ему контраст видимого спокойствия со скрюченным, привязанным к стулу телом.

Грузный, пожилой мужчина, казалось застыл в страшной, неестественной позе. Он видимо был еще жив, когда на голову ему накинули плотный полиэтиленовый пакет, и весь ужас приближающейся смерти, явствовал из искаженной яростной судорогой гримасы. Руки убитого, были туго зафиксированы к подлокотникам, при помощи пластиковых монтажных хомутиков, какими увязывают проводку; вероятно из-за бешеной предсмертной агонии, пальцы у трупа нелепо искривились и побелели до костяшек, а на запястьях остался вдавленный багровый узор.

Влад обратил внимание на то, что ноги не были связаны, а значит убийца, если он был один, полностью контролировал свою жертву, не давая возможности подняться или ударить.