Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
- Автор: Быков Василь Владимирович
- Год: 2012
- Язык: белорусский
- Год: Саюз беларускіх пісьменнікаў
- ISBN: 978-985-7007-44-8
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9». Краткое содержание книги:
Дзявяты том склалі кінасцэнарыі 1962–1994 гг.: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Западня» (кінасцэнарый Л. Мартынюка, пры ўдзеле В. Быкава), «Двое в ночи», «Волчья стая», «Долгие версты войны», «Ушедшие в вечность (Обелиск)» (кінасцэнарый В. Быкава, Р. Віктарава), «Его батальон» (кінасцэнарый В. Быкава, пры ўдзеле А. Карпава), «На Чорных лядах» (кінасцэнарый В. Панамарова, пры ўдзеле В. Быкава).
— Связной седьмой!
То ли разрывы и пулеметная: трескотня не давала услышать команду, то ли некому было отозваться, и Гутман, обернувшись на локте, крикнул трем связным, намертво припавшим к земле в десяти шагах сзади:
— Эй вы! Оглохли там?
Один из бойцов заворошился, с напряжением на лице вглядываясь в комбата, и тот выругался:
— Какого черта молчишь? А ну, бегом за командиром роты!
Боец, сильно пригибаясь, едва не наступая на обвисшие полы шинели, побежал вдоль болота налево.
— Передайте по цепи: сержанта Ершова — ко мне!
Гутман прокричал громче, и, кажется, его команду передали.
— Связной девятой!
— Я! — приподнялся на траве белобрысый боец.
— Бегом за командиром роты.
Боец отбежал полсотни шагов, как опять грохнуло над самой цепью восьмой и в воздухе зачернели четыре кляксы.
И сразу кто-то закричал леденящим душу криком.
Один боец неподалеку, бросив в цепи винтовку, неуклюже пополз в кустарник, волоча раненую ногу с размотавшейся обмоткой.
— Перебьет так всех, — прокричал кто-то. — Чего лежать?
— Да. Дает, сволочь, чих-пых, — сказал Гутман. Чернорученко все возился со связью, продувая трубку, и Волошин вскипел:
— Ну, ты долго там?!
Связист, однако, поднял к комбату бледное лицо, растерянно заморгав добрыми глазами.
— Нет связи. Перебило, наверно…
— На линию марш! Быстро!
Чернорученко что-то умоляюще бросил Гутману и, закинув за спину карабин, подхватив в руки провод, побежал в болото.
Немец между тем не жалел ни снарядов, ни патронов. Наши молчали.
Наконец со стороны девятой роты, куда к этому времени перенес противник обстрел бризантными снарядами, прибежал не комроты, а связной. Кашляя от удушливой, оседавшей в болоте тротиловой вони, боец упал возле Волошина.
— Записка от комроты.
Вот что было набросано рукой Кизевича:
«Наступать не могу, залег в болоте. Выбивают бризантные. Фланкирующие пулеметы с той высоты не дают продвигаться. Прошу разрешения отойти».
Не оборачиваясь, комбат прокричал бойцу:
— Потери большие?
— А?
— Потери, говорю, большие?
— Наверно, человек двадцать. Вон он как лупит с воздуха. А с фланга пулеметы. Старший лейтенант там ругаются… за «Малую»…
Прибежал вызванный с фланга восьмой командир взвода Ершов.
— Сержант Ершов по вашему при…
— Какие потери в восьмой? — не дал ему договорить комбат.
— В роте не подсчитывал, — утирая потное лицо, сказал Ершов. — Наверное, человек восемь. Пригорочек спасает.
— Да-а, а вот у девятой пригорочка не оказалось…
Сзади, неуклюже двигая задом, к комбату подполз ветврач и просипел сдавленным голосом:
— Что случилось, комбат? Почему не поднимаются в атаку?
Комбат посмотрел на него отсутствующим взглядом и не ответил.
— Почему не поднимаете роты в атаку? — настойчиво сипел в ухо ветврач. Лежа рядом, он тяжело дышал, все не выпуская из рук неизвестно для какой надобности вынутый из кобуры наган, ствол которого был плотно забит землей.
— Прочистите оружие, — холодно сказал Волошин. — Разорвет ствол.
Ветврач, спохватясь, начал выколачивать из канала ствола землю.
Когда из кустарника сзади появился лейтенант Круглов со сбившейся набок пряжкой ремня и без тени обычного добродушия на невозмутимом лице, комбат понял, что положение девятой в самом деле критическое. Комсорг размашисто рухнул слева от него, отер потное, в пыли и копоти лицо.
— Комбат, спасайте девятую! Через полчаса всю выбьет.
— Кизевич жив?
— Жив пока. Но потери большие. Главное — это шрапнель. Да и пулеметы справа. Вы правильно опасались: на «Малой» — немцы. Сперва надо брать эту высоту за болотом. Иначе дрянь дело. Без толку людей положите.
Комбат, подумав, оглянулся на Гутмана.
— Как связь?
Гутман вместо ответа развел руками.
— Ракетницу! — потребовал комбат.
Он выхватил из рук ординарца ракетницу, лежа, пошарив в кармане, вынул белый с красной головкой патрон.
— Что ж… Будем считать, фокус не удался. Фокуснички!
И, вскинув руку, дослал в дымное от разрывов небо недолго погоревший там красный огонек ракеты.
Роты по-пластунски и перебежками начали отход за болото…
Комбат не спеша, усталым шагом направился по открытому пространству к траншейке своего НП, откуда и начинал эту неудачную атаку. Его теперь запросто могли срезать пулеметной очередью сзади, могли накрыть разрывом бризантного, но он уже не слишком опасался за собственную жизнь после того, как столько человеческих жизней осталось на той стороне болота.