Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Мистер убийца Слезы дракона Зимняя луна Ледяная тюрьма Темные реки сердца Неведомые дороги Очарованный кровью Единственный выживший Тик-так Ложная память Краем глаза До рая подать рукой При свете луны Лицо в зеркале
Она сразу поняла, что привлекло внимание собаки. Ей даже и смотреть не надо было.
И тем не менее она вынуждена была обернуться, чтобы встретить опасность лицом к лицу, хотя бы ради Дэнни, если не ради себя. Полицейский из Лагуна-Бич, тот самый полицейский был ростом выше восьми футов.
На лице его, как и всегда, вначале играла лучезарная усмешка. Улыбка эта была доброй, само лицо вполне добродушным. И удивительной голубизны глаза.
Как и всегда, ни рядом, ни где бы то ни было вдалеке не видно было патрульной машины, ничего, что намекало бы на то, каким образом он оказался на этой улочке. Возникало ощущение, что он специально прятался в засаде за эвкалиптами с клочьями отслаивающейся корой, свисавшей с их стволов, чудесным образом прознав, что именно на этой улочке, именно в этот день и час она будет рыться в мусорных отбросах.
— Как поживаете, мадам? — спросил он.
Вначале голос его всегда бывал мягким, почти напевным. Джанет промолчала.
На прошлой неделе, когда он впервые обратился к ней, она робко, нервничая и боясь взглянуть ему в глаза, полностью, как и всю свою жизнь — если не считать одной кровавой ночи на задворках Тусона, — теряя самообладание при виде власть имущего, ответила на его приветствие. Но быстро обнаружила, что он не тот, за кого себя выдавал, и что монолог для него был гораздо предпочтительнее.
— Похоже, скоро пойдет дождь, — объявил он, взглянув на нахмурившееся небо.
Дэнни испуганно прильнул к Джанет. Обхватив сына свободной рукой, она еще сильнее прижала его к себе. Мальчика трясло как в лихорадке. Она тоже дрожала. И ужасно боялась, что Дэнни может заметить это.
Собака, скаля клыки, продолжала глухо рычать. Переместив взгляд с грозового неба на Джанет, полицейский елейно пропел:
— Ладно, не будем попусту тратить время. Займемся-ка более достойным делом. Итак, милочка, вот что я тебе скажу… Жить тебе осталось ровно до рассвета. Понятно? А на рассвете я убью тебя и твоего ублюдка.
Его угроза нисколечко не удивила Джанет. Всякий, кто обладал властью над нею, искони был равен богу, и бог этот всегда был жестоким и никогда милостивым. Насилие, страдания и даже неминуемая смерть были в порядке вещей.
Больше ее удивила бы проявленная по отношению к ней доброта власть имущего, ибо доброта обитает в мире гораздо реже чем ненависть и жестокость.
Более того, от проявленной к ней доброты ее страх, который и так уже сковал все ее члены, многократно бы вырос. В ее понимании доброта предстала бы как неблаговидная попытка замаскировать какой-нибудь непостижимо жестокий замысел. На веснушчатом, ирландского типа лице полицейского все еще змеилась улыбка, но в ней уже не было прежнего добродушия. От нее веяло холодом налетевшего с океана студеного ветра, предвестника шторма.
— Ты слышала, что я сказал, сука?
Она снова промолчала.
— Ты, наверное, думаешь, что сможешь сбежать от меня в Лос-Анджелес и что я тебя там не найду?
Она и впрямь думала податься в Лос-Анджелес или еще куда южнее, в Сан-Диего, например.
— Давай, давай, беги, — подначил он. — Так даже будет интереснее. Беги, прячься. Но знай, стерва, куда бы ты ни сбежала, я все равно тебя отыщу.
Джанет не сомневалась в этом. Она сумела сбежать от родителей, избавиться от Венса, убив его, но на этот раз на ее пути возник не просто один из множества божков, олицетворяющих собой страх, а сам Бог Страха, осознать истинную мощь которого было выше ее сил.
Глаза его быстро меняли свой цвет, темнея и из голубых превращаясь в изумрудно-зеленые.
Неожиданный сильный порыв ветра поднял с земли и погнал впереди себя сухие листья и обрывки бумаг.
Глаза полицейского стали жгуче-зелеными, словно подсвеченными изнутри огнем, горевшим в его черепной коробке. Изменились и зрачки, обретя удлиненную и странную, как у кошки, форму.
Рычание собаки сменилось жалобным воем.
В близлежащей лощине ветер неистово трепал кроны эвкалиптов, и грохочущий шелест их листьев напоминал рев разъяренной толпы.
У Джанет возникло ощущение, что тот кто выдавал себя за полицейского, повелел неистовствовать ветру, чтобы тем самым придать своей угрозе еще более драматический характер, хотя на самом деле такой властью он вряд ли обладал.
— Когда приду за вами на рассвете, вырву ваши сердца и сожру их.
Как и глаза, голос тоже полностью изменился. Стал низким и грозным, словно доносился прямо из преисподней.
