Новый мир. Книга 1: Начало. Часть вторая
- Автор: Забудский Владимир
- Серия: Новый мир (Забудский) #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Новый мир. Книга 1: Начало. Часть вторая». Краткое содержание книги:
— Я понимаю, сэр. Но мною руководят не эмоции. Мои стремления вполне рассудительны, — попытался вступиться за себя я, но директор остановил меня жестом руки, понимающе улыбнувшись.
— Мне не потребуется много времени, Алекс, чтобы разбить все твои аргументы в пух и прах с помощью одних лишь статистических данных. Хочешь попробуем? У меня здесь базы данных, в которых есть все о тебе, — начиная от твоих отпечатков пальцев и заканчивая каждым словом, которое ты сказал или написал за последние полтора года. Квантовые компьютеры обрабатывают эти данные ежедневно, и системы, которые никогда не ошибаются, делают однозначные выводы. Ты всего лишь немного выше среднего по всем персональным показателям, Сандерс, за исключением тех, которые способны найти свое применение в сфере безопасности — по этим показателям ты показываешь непревзойденные результаты. Ты должен понять, что не по чьей-то глупой прихоти все прочат тебе карьеру в сфере безопасности. Это судьба. Судьба — это цифры, Алекс. Математика, с которой невозможно спорить. Есть нечто, в чем ты имеешь шансы достичь успеха и принести Содружеству наибольшую пользу, — и ты обязан заняться именно этим, и ничем другим, потому что именно так поступают сознательные граждане.
Остановив на мне взгляд по завершении своего длительного монолога, Петье, как он, наверное, и полагал, увидел там выражение упрямства. Бывший заведующий по воспитательной работе знал меня слишком хорошо, чтобы поверить, что его пламенная речь выбьет из моей головы то, что там засело.
— Давайте сразу перейдем к тому, что будет, если я откажусь, — предложил я.
— Тебе это все уже хорошо знакомо, — пожал плечами профессор.
— Я выдержал так долго — выдержу и еще полгода.
— А дальше что? Куда ты пойдешь? — пожал плечами Петье. — Никто не ждет тебя в разрушенной Европе, мой юный друг. Ты должен уплатить свою дань, чтобы стать частью нашего общества. И не тебе выбирать, какой будет эта дань.
— Пусть муниципалитет выберет мне профессию, — пожал плечами я.
— Ты будешь определен в силовой блок, Сандерс. Это решено.
— Ну и пусть, — обреченно махнул рукой я. — Я отмотаю свои пять лет, где мне скажут. Но мне выдадут униформу, страховой полис и социальный пакет, а люди будут уважительно оборачиваться мне вслед. Это не то же самое, что отправиться в гребаный «Юнайтед Секьюрити и что там дальше».
— Ты сейчас говоришь как бессовестный, циничный обыватель, Алекс. Не такую личность мы тут воспитывали, — осуждающе понурил взгляд профессор.
— А какую? — усмехнулся я едко, сознавая, что, по сути, мне уже терять особо нечего. — Вы здесь создали все условия, чтобы выращивать как раз такую породу. Тотальный контроль и страх никогда еще не развивал в людях ничего, кроме подлости, трусости и лицемерия. Вспомните довоенную Россию.
— Довольно уже мы с тобой здесь наговорили, Алекс.
— Это точно.
— Измени свое решение сейчас, иначе остаток твоей учебы здесь не принесет тебе большой радости, а в итоге, помяни мое слово, ты все равно не уйдешь от предначертанной тебе судьбы.
— Я сам кузнец своей судьбы.
— Эх, юность, — снисходительно покачал головой Петье. — Максимализм. Что ты когда сковал, Алекс?
Я угрюмо поджал губы.
— Мы вернемся к этой беседе, — пообещал директор. — Скоро.
25 июня 2079 г., воскресенье. 747-ой день.
— Итак…
Кито прокашлялся и многие ученики в аудитории вздрогнули. Я не принадлежал к их числу. После того, что мне пришлось пережить на протяжении последних месяцев, меня трудно было прошибить. И все же внутренне я был напряжен. Пружина внутри меня напрягалась все сильнее по мере того, как время моего выпуска приближалось. Последние дни в интернате были особенно тяжелы и мучительны — как завершающие метры на длинной дистанции, когда последние силы уже покинули тебя и кажется, что ты вот-вот упадешь. Я уже практически утратил человеческий облик и разучился говорить человеческим языком. Искусственные рефлексы, насажденные интернатовскими правилами, послабление которых я едва-едва начал чувствовать в конце летних каникул, теперь засели во мне так прочно, что я уже и не помнил, каково это — жить без них.