Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Тем временем президент Д. Эйзенхауэр, отказавшись от идеи военных конвоев, предложенную генералом Л. Норстадом, принял решение полностью доукомплектовать все американские части в Европе и после некоторых колебаний утвердил план чрезвычайных действий, который предусматривал ряд новых мер, в частности: 1) непризнание замены советских армейских частей гэдээровскими частями на коммуникациях, ведущих в Западный Берлин; 2) сопровождение конвоев вооружённой охраной, которая в случае принудительной остановки вправе открывать огонь; 3) эвакуацию семей американских дипломатов и служащих из Берлина, а возможно, и из всей Германии.

Между тем уже в начале февраля 1959 года на автобане Берлин — Хелмштедт советские блокпосты остановили продвижение нескольких американских и британских конвоев. Вашингтон отреагировал на этот инцидент довольно нервно, вплоть до заявления министра обороны Нила Макэлроя о возможности превентивной войны против СССР. А Лондон, напротив, настолько сильно испугался, что 21 февраля 1959 года премьер-министр Гарольд Макмиллан срочно вылетел в Москву для переговоров с Н.С.Хрущёвым, в ходе которых договорились провести новую сессию СМИД по «берлинской проблеме».

Однако американская сторона проигнорировала эти соглашения, и ситуация вокруг Берлина стала только обостряться. В марте — апреле 1959 года по вине Вашингтона в небе над Берлином произошло несколько опасных инцидентов между американскими транспортниками и советскими истребителями, а из Хел-мштедта в Западный Берлин все конвои теперь стали идти только в сопровождении американских патрулей. Затем в конце мая Москва и Вашингтон обменялись взаимными угрозами по поводу размещения своих ракетных баз на территории ФРГ, Турции, Греции, Болгарии и Албании. А своего апогея воинственная риторика достигла 23 июня 1959 года, когда Н.С.Хрущёв в беседе с отставным губернатором штата Нью-Йорк Авереллом Гарриманом, подтвердив позицию Москвы в отношении берлинского вопроса, заявил ему, что «если вы пошлёте свои танки на Берлин, они будет сожжены» и «если вы хотите войны, то вы её получите»[756].

Однако спустя всего две недели, 7 июля 1959 года, на встрече с американскими сенаторами в Кремле Н.С.Хрущёв резко поменял свою риторику и намекнул им о своём желании посетить их «замечательную страну». На следующий день на своей пресс-конференции президент Д. Эйзенхауэр выразил недоумение по поводу этого желания, однако всё же не исключил возможности такого визита Н.С.Хрущёва в США. Хотя подобная реакция американского президента была довольно странная. Дело в том, что о возможности такого визита речь шла ещё весной 1959 года, когда в США летал А. И. Микоян, где он встречался и с Д.Эйзенхаэу-ром, и с Дж. Даллесом. Как бы то ни было, но уже в конце июля 1959 года официальное приглашение посетить Вашингтон советскому лидеру привёз лично вице-президент США Ричард Никсон, прилетавший в Москву на открытие американской выставки в Сокольниках.