Тагу (Рассказы и повести)

— Что случилось, Караман? — вяло спросил духанщик, остановившись поодаль; он даже не смотрел в сторону гостя.

Караман заметил эту неблагожелательность с первого же взгляда. Похоже, Коста был сломлен…

— У меня к тебе дело, — сказал Караман, желчно, с отвращением улыбаясь.

У Карамана частенько бывали к нему "дела", но сейчас духанщик почувствовал, что тот явился с чем-то важным. Не поднимая головы, он стоял и ждал.

— Присядем, — Караман указал на низенький забор. — Что, бичо[35], опечатали твой духан? — Он толкнул Коста в грудь, и тот сполз вниз по забору. "Бичо" Караман называл тех, кого не считал равным себе. — Плохи наши дела, бичо, нельзя нам оставаться тут. — И замолчал. Его коробило, что он вынужден откровенничать с этим ничтожеством. Но у него не было никого ближе этого жалкого человека, и сегодня Коста еще мог оказать ему услугу. — Я думал, вступлю в колхоз, — снова заговорил Караман, — подружусь с новыми господами и перебьюсь как-нибудь, пока не иссякнет их сила. Но я обманулся, бичо: двери у них крепко закрыты. Немало я хитрых замков открыл на своем веку, а этих…

Цулая не слушал, он собачьими глазами смотрел Караману в лицо и думал: "Ну, говори же, говори, что тебе от меня надо".

— Я должен уходить отсюда, — продолжал Караман. — Потом будет поздно. Когда муха над головой жужжит, и комару легче укусить. Хочу продать дом, бичо.

— Продать дом? — без удивления повторил Коста. — И я собирался продать дом, но меня опередили, духан отняли. Налог не внес вовремя, из-за этого все началось. Все описали. Гол как сокол. — Он обсосал палец и покрутил им перед носом Карамана. — Вот я какой… И мне надо отсюда смываться, Караман. Что у меня осталось в этом проклятом месте, чтобы оно сгорело! — Вдруг, как бы опомнившись, он перебил себя: — Так, значит, ты продаешь дом?

— Продаю, бичо. Завтра же ты должен мне устроить это дело.

Коста оживился.

— Ладно, я помогу тебе. Есть у меня человек — во как набит деньгами!

— Кто?

— Хм… Тот, кто у тебя в сердце: Гайоз Квиквиния. — Коста осклабился. — Обязательно купит. Этот мужик нынче вошел в силу, так отожрался, что теперь уже не помещается в своей лачуге под соломой, ищет, проклятый, черепичную крышу…

— Знаю, бичо, знаю, слышал, что его завидущим глазам мой дом покоя не дает. Такой покупатель мне и нужен, за полцены отдам. — Он схватил Коста за воротник, с силой притянул к себе. — Завтра же ты должен продать Гайозу дом… Слышишь? Обязательно Гайозу!

— Слышу. Не пойму только, что ты затеваешь, проклятый?

— Э, бичо, мне не до затей! Просто тороплюсь… Мы с тобой должны продать все, что у нас есть, и бежать отсюда. Не продадим — отнимут, как отняли у тебя духан. — Караман умолк, затем добавил с угрозой:

— Расплеваться с ними так, чтобы они навек запомнили наши имена!..