Друзья и недруги. Том 1

Тот низко опустил голову, и Робин, увидев, что отец Мэтью готов расплакаться, пожалел его и сжал руку Вилла, удерживая брата от новых упреков.

– Ничего, – решительно заявил Патрик, – будем ходить в соседний приход. Как-нибудь справимся. Не отлучит же он каждого священника, на чьей службе окажется кто-то из нас!

– Значит, Гай нарушил данное тебе слово и все открыл шерифу, – с нескрываемым удовлетворением сказал Вилл. – Затея с епископом не удалась. Как еще нас удивит сэр Рейнолд?

– Не он, – отозвался Робин, задумчиво глядя вдаль. – Это Гай пытается добраться до меня. Епископ действовал по его указке. А ты чем так доволен?

– Тем, что Гай полностью подтвердил мое давнее мнение о его натуре, хотя я не рад этому! – хмыкнул Вилл. – Теперь ты согласен, что должен укрыться у Статли в лесу?

– Нет! – твердо ответил Робин. – Когда все с таким единодушием отстаивали меня, я не вправе бросать селение на произвол судьбы и прятаться. А вот тебе следует не откладывая отвезти Элизабет с детьми к Эдрику в Маласэт.

– Я не поеду! – воскликнула Элизабет и посмотрела на Вилла: – Я останусь с тобой!

– Поедешь, если я скажу, – непререкаемым тоном ответил Вилл и, заметив, как огорчилась Элизабет, смягчился: – Но не сегодня. Сначала надо проверить, свободны ли дороги. Не удивлюсь, если вокруг шныряют наемники Гая. Алан, съезди к твоему другу, скажи Статли, чтобы он поднял своих молодцов по тревоге и неусыпно следил за окрестностями Локсли.

– Я мигом! – с готовностью откликнулся Алан и, не сдержав любопытства, спросил: – А что все-таки может придумать сэр Гай?

Робин и Вилл рассмеялись одинаково невеселым смехом.

– Чтобы угадать его новую каверзу, надо обладать таким же изощренным и коварным умом. Вот ты, Алан, можешь представить себя сэром Гаем и сказать, на что бы ты решился?

Задумавшись на минуту, Алан неуверенно пожал плечами:

– Я бы дождался, пока Робин покинет Локсли, и подстерег его на дороге.

– Ну, не слишком затейливо, но может быть и так! – фыркнул Вилл.

– Боюсь, Гая сильно задели теперь уже все жители селения! – сказал Робин. – Затеяв историю с подлогом и втянув в нее епископа, он надеялся устрашить в Локсли всех и каждого, заставить ради сохранения вольности выдать меня.

– И ты всерьез полагаешь, что Гай станет мстить целому селению? – недоверчиво спросил Вилл. – Какой у него законный повод?

– А нужен ли ему законный повод? Не постеснялся же он прибегнуть к подлогу.

– Но чтобы просто так напасть на мирное селение? Нет, Робин! – нахмурился Джон. – Это уже такой произвол, в котором ему никогда не оправдаться перед более высокой властью, чем сэр Рейнолд.

– Может быть, – вздохнул Робин. – Но произвол дает нам преимущество: от него можно защищаться с полным правом, не нарушая закон.

– А защитить себя мы сумеем! – подхватил Джон, молодецки поведя широченными плечами. – Недаром же ты нас учил!

****

Вернувшись в Ноттингем, епископ с багровым от гнева лицом набросился с упреками на шерифа и Гая. Вспоминая унижение, которое ему пришлось пережить, он даже шипел от злости, как разъяренный кот. С огромным удовольствием епископ не преминул передать Гаю отзыв о нем графа Хантингтона. Сэр Рейнолд прятал глаза от неловкости перед другом, а Гай выслушал сбивчивый рассказ епископа молча, думая о своем и слегка прищурив глаза.