Весна. Лето.
- Автор: Лутс Оскар
- Год: 1980
- Язык: русский
- Год: Ээсти раамат
- Переводчик: Б. Лийвак
- Жанр: Детская проза
Электронная книга - «Весна. Лето.». Краткое содержание книги:
Повесть Лето является продолжением Весны, но она читается и как вполне самостоятельное произведение. Озорные ребята, шумной и веселой гурьбой проходящие перед читателем на страницах Весны вступают в этом произведении в новую полосу жизни, полосу зрелости и возмужания.
– Это единичный случай, он еще ничего не значит, – говорит Тали.
– Само собой разумеется. Я и не говорю, что этот старик – некий верховный судья, который должен вершить судьбами литературы, я привел этот случай лишь для примера. Но, между прочим, старик заслуживает благодарности за откровенность: он высказал мне прямо в лицо все, что другие книготорговцы думали втайне.
– Ну, ла-адно, – тянет Тоотс. – Все это очень хороню. Но что же тогда будет с твоей рукописью?
– Ничего, – отвечает Леста. – Надо идти домой и каяться в своем легкомыслии.
– Гм… – произносит управляющий имением. – А между тем ты убежден, что рукопись твою стоит печатать… гм… гм…
Друзья еще долго болтают о всякой всячине, пока в дверях не появляется Киппель; он снимает сдвинутую на затылок шапку, комично раскланивается и приглашает «молодых господ» в свой вигвам на ужин. Уху запивают грогом, и веселая беседа продолжается до полуночи. Затем Тоотс, утомленный путешествием, растягивается на диване у Тали, желает самому себе всех благ и спокойно засыпает до следующего утра.
На другой день Тоотс случайно на улице встречается с Лестой – тот выбежал по какому-то делу и должен сразу же вернуться на работу в аптеку. Он обещает в обеденный перерыв зайти на минутку к Тали, тогда им удастся до отъезда Тоотса еще немного поболтать.
На ступеньках гостиного двора управляющий имением встречает своего «старикана», выходящего из шорной лавки вместе с каким-то молодым крестьянином. Гость из России тотчас же подходит к ним: дюжий хуторянин с красным затылком – не кто иной, как его бывший соученик Тыниссон. А, здорово, здорово! Он только сегодня утром приехал на чугунке в город, собирается сегодня же вечером и уехать. Тут в шорной лавке повстречался с земляком, который приехал на телеге; теперь ему, Тыниссону, удастся отправить с ним свой бочонок салаки, а завтра или послезавтра он приедет за ней на лошади в Заболотье. Конечно, особой нужды в ней не было, но уж если земляк тут с лошадью и соглашается взять поклажу, то можно и купить; а то вдруг салака еще подорожает.
– Да уж где ей дешеветь, – замечает старик из Заболотья. – Ездить в город не так-то просто: все дорого – прямо страх, покупай точно в аптеке. Весь карман изотрешь, только и знай, что кошелек вытаскивай. Кабы можно было дома взвалить на спину мешок с деньгами, вот тогда кое-чего и купил бы здесь.
– Да, так оно и есть, – подтверждает Тыниссон.
– Ты, Тыниссон, покупай, покупай что нужно, – говорит Тоотс, – а в обед пойдем к Тали и Лесте и до отъезда еще поболтаем. Ты их давно не видел, они тебя тоже. Я познакомлю тебя там с господином Киппелем. Это бывший управляющий лавкой то ли Тосова, то ли Носова, забавный мужик.
– Можно и так, – соглашается Тыниссон. – Мне больше и покупать-то почти нечего, кожа и косы уже есть, надо бы еще дрожжей да салаки взять. Потом хозяин из Заболотья заедет с лошадью и захватит бочонки. Аблаката дома нету, уехал на дачу, будет только на той неделе. Хотел еще в глазную клинику, у меня, видно, ячмень на глазу, больно чешется. Но туда можно и в другой раз, когда к аблакату поеду. Ну что ж, можно и к Тали и Лесте, только сначала салаку выберем.
Земляки медленно шагают дальше. Из открытых дверей лавок плывут всевозможные запахи, в особенности дают себя чувствовать лавчонки, где торгуют кожей и селедками. В дверях караулят бойкие приказчики, большей частью в кожаных передниках. Они не пропускают ни одного проходящего мимо крестьянина: «Ну, хозяин, ну, хозяюшка, чего изволите?». Салаку, соль, селедку, железо, кожу для постолов, ситец, шелковые платочки – все это они сулят продать дешевле, чем в других лавках; все, кто проходит мимо, для них «хозяева» и «хозяйки», а батраков и служанок словно вообще не существует. Среди хуторян шныряют маленькие еврейские мальчишки. Выполняя поручения хозяев, они находят время и для всевозможных шалостей; благодаря этому не один медлительный крестьянин расхаживает с пришпиленной сзади к пиджаку бумажкой или пестрой тряпицей. Торговки наперебой предлагают булки различных сортов; в корзинах – и сладкие, и соленые булочки, и тминные, и шафранные, и французские, и баранки. Здесь всего вдоволь и все жаждут одного: сбыть свой товар. В скобяных лавках покупатели пробуют серпы и косы, звенят лопатами, лемехами, покупают, торгуются. На улице, около лошадей, переругиваются поссорившиеся мужички, грозя друг другу кнутовищами. У кого-то украли деньги… плач, крик, полиция… Толстая торговка гоняется за разбежавшимися курами. Старый нищий бредет от телеги к телеге и просит милостыни: одни дают кусок хлеба или копейку, другие встречают руганью – иди, кричат ему, работай! Тогда робкий старикашка отходит подальше и, словно утешая себя этим, подбирает с земли какую-нибудь бумажку или коробку от папирос.