#Природа, #Родина, #Литература, #Любовь
- Автор: Сержантова Иоланта Ариковна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Детское образовательние
Электронная книга - «#Природа, #Родина, #Литература, #Любовь». Краткое содержание книги:
К закату солнце нагрело рыб докрасна, так что, ежели бы они не были уже сами в цвет его алых парусов, на них больно стало бы глядеть. К счастью, тонкие жала жёлтых лучей не причинили им никакого вреда, а лишь вольнее и шибче разогнали холодную рыбью кровь. С ними вместе понемногу пробуждалась и вода. Переняв у льда всё лучшее, в нужное время она ластилась, а в искомый час была тверда.
– Ну, по что так-то?
– Ды-к, – кто с чем обратится к ней…
– А рыба? Большая белая рыба? С нею что?
– Хлопочет. Как любая любящая мать.
Солнце
Солнце крадучись перелилось через край горизонта, провертело дыру прямо посередь коричной палочки сосны, после чего, зацепившись за одну из её ветвей, замерло, – и ни туда, ни сюда. Очень уж желалось светилу понять, что тут было бы и как, если как бы совсем без него.
Уныл и мрачен сделался в его отсутствие лес. Поляны, прошитые острыми листьями пролесков, плотно прилегали к голове земли, мешая ей обернуться на распустившиеся бутоны нежных голубых цветов, что звёздами лежали на её плечах. Ветер, кой40 без особого усердия обчищал эполеты пригорков, обшитые туго сплетёнными аксельбантами хвороста, останавливался то и дело, дабы отдышаться, да оглядеться кругом. Вид, что открывался его взору, мало походил на весенний.
Выросшие из прошлогодних одежд коры, деревья выглядели неопрятно.
Измятые шагами тропинки с пуговицами желудей, наскоро пришитыми неподходящими им белыми нитками, – путь даже это и были молодые ростки дуба, – явно требовали ухода.
Удерживая в себе выдох, ветер прислушался. Тишине не докучало ни пение птиц, ни даже возня мышей в лесной подстилке. Белка – и та не казала носа из дупла. Барсук же, напротив, спутав день с ночью, выбрался из норы по пояс, но в малый срок понял, что обознался, хотя и не уразумел – отчего так.
Пауки замерли с мотками ниток в руке, олени раздумали морщить по всё время щекотную под лопаткой кожу… И надо всем этим – рыхлые небо и хвоя…
Ветер небрежно, стукнув громко, не со зла, но в сердцах, распахнул ставни леса, и увидал, что на поверхности его мутных вод мерцает восход.
– Ну, что же ты… так долго! – Облегчённо вздохнул ветер, – и рассмеялся тихо, и закружился на одной ноге вокруг собранных намесь41 листьев, скоро разбросав их по своим прежним местам…
Солнце. Нам нельзя без него …совсем!
Коржики
Память – это не только слёзы о прошлом,
это будущее, ради которого стоит жить и бороться…
Лакируя коржики взбитым яйцом, я вспоминаю, как делала это бабушка. В моих неловких руках – щёгольская пекарская кисточка, но с неё всё время что-то капает или стекает на стол. А вот бабушка, обмазывая пирожки простой газетной бумагой, не роняла ни капли. Она отрывала от страницы полосочку, сбоку, там, где нет букв, складывала вдвое, сминала немного посередине, чтобы получилось нечто вроде желобка, и гладила пирожки до того, что они пыхтели от удовольствия, безыскусно нежились и пускали пузыри, точно младенцы. Из печи пирожки выходили ровными, румяными, щекастыми, сияя и лоснясь, как именинники. У моих же, болезных бедолаг, – постоянно перекошенные, будто бы от зубной боли, лица, с некрасиво полуоткрытыми ртами, так что даже видна не проглоченная начинка. А, бывает, что и вовсе – наплюёт который подле себя на противень, да сохнет сам по себе, паршивец, сурьмит угольками брови, как возрастной ловелас.
Бабушка умела сладить со всем, за что ни бралась. Широкой лопаткой ногтя большого пальца она ловко проводила по сгибу теста или ткани, перед тем как ущипнуть за пухлый подбородок пирога или подрубить полы пальто. Теплом мягких ладоней, лишь прикоснувшись ими ко лбу, словно дуновением летнего сумеречного ветра, усмиряла туберкулёзную горячку мужа – фронтовой трофей, или обмывала тёплой водой его сделавшееся внезапно недвижным тело… И усмирила-таки, поставила на ноги так, что после он пережил её на те самые сакральные семь лет42.
Этими же ласковыми руками, во время Великой Отечественной войны бабушка копала землянку для своих учеников. Не обыкновенную, – в три наката, но, для надёжности, в шесть. Упираясь зубами в нижнюю губу, катила брёвна, укладывая их крест-накрест сверху вырытой ямы, чтобы защитить детей от мин и осколков снарядов. Бабушка служила заведующей школы. В те годы так и говорили – не директор, а «заведующий». Дабы ведал человек, что творит на этой земле, и учил тому же детей, – своих и чужих.
40
который
41
недавно
42
7 – сакральное число славян, Земля обозначение цифры 7 на Руси