Репортаж на миллион [рассказ]

Даже с учётом магического подспорья, это оказалось непросто. Заклинание сработало правильно, ни в какие ловушки мы больше не вляпались, но провести через этот лабиринт слепого кромешника — то ещё приключение.

Тео всё это время молчал. Хмурился, скрипел зубами, сжимал свободную руку в кулак и явно едва сдерживался от того, чтобы садануть по стене. Но терпел и слушался, перешагивая и обходя опасные камни. Я тоже не спешила заговаривать о постороннем: во-первых, чтобы и самой не отвлекаться, а во-вторых… Не нужно было иметь дар менталиста, чтобы понимать, насколько зол Хольт и на что именно он злился. Мне-то на его месте было бы тяжело, а что говорить про мужчину и воина? Не очень-то приятно оказаться беспомощным и зависимым от подозрительной девицы, будь она хоть трижды какой-то там свет.

Но шли, куда деваться. Я командовала и колдовала, Теодор — молчал и шагал, куда велели, но через некоторое время мне уже стало не до сочувствия. Состряпанное на скорую руку заклинание оказалось очень неаккуратным и затратным, а применить его пришлось несколько раз, пока этот коридор наконец кончился. Я уже начала бояться, что не хватит сил, когда очередная волна магии окрасила только пару камней поблизости.

— Уф! Выбрались! — облегчённо выдохнула я, когда мы преодолели последнюю ловушку, вцепилась в китель кромешника и ткнулась лбом в грудь. — Во всяком случае, из первой неприятности...

— Как ты? — он одной рукой обнял меня, второй — нащупал мою ладонь, бережно сжал.

— То есть? Я рада, что мы выбрались, а что именно тебя волнует?

— Я не могу пользоваться магией, но чувствую. Ты потратила очень много сил.

— А, ты об этом… Да, ёмкое получилось заклинание. Но это ерунда, у меня ещё есть. Я вообще-то сильный маг, меня очень зазывали на боевой факультет, — вяло похвасталась я, не шевелясь и без зазрения совести наслаждаясь прикосновениями и близостью мужчины.

Чувствовала макушкой его дыхание, ощущала прикосновение ладоней — на спине, сквозь рубашку, и на моей руке. Большим пальцем Тео медленно и, кажется, машинально поглаживал мои пальцы, и это простое прикосновение напрочь лишало воли и желания шевелиться.

Шмырь! Ну почему у меня получается думать головой с трудом и не всегда, а вот терять её в самый неподходящий момент — легко?

Или уж стоит махнуть рукой на все эти подозрения, расслабиться и получить удовольствие? Всё равно изменить моё отношение к этому мужчине не получится. Если бы он ещё вёл себя как подлец и сволочь, тогда да, а он….

— А ты? Не любишь драться? — спросил он.

— Не люблю принудиловку, — я недовольно наморщила нос. — Вообще-то я довольно обязательный человек, но когда нужно выполнять приказы, не разобравшись досконально во всём происходящем, это не ко мне. А ты не жалеешь, что тебя заставили пойти в орден?

— Меня не заставляли, — возразил он. — Это доверие и большая честь. Кромешная не отмечает тех, кто не готов ей служить.