Мрачные сны Атросити (СИ)
- Автор: Крылоцвет Анна
- Язык: русский
- Жанр: Социально-философская фантастика
Электронная книга - «Мрачные сны Атросити (СИ)». Краткое содержание книги:
Она сидела в кресле. Атрокс застыл в дверях, не решаясь пройти внутрь, будто попал в клетку с диким хищником. В этот момент он ненавидел себя, ведь никаких достойных причин для беспокойства не было.
— Мистер президент, — насмешливым тоном поприветствовала Энигма.
— Что тебя развеселило в твоей фразе?
Она попробовала шевелиться, безуспешно.
— Как неудобно, — затем внимательно посмотрела на Атрокса. — Ты ведь и сам знаешь ответ.
— Просвети.
Послышался вздох.
— У жителей Атросити никогда не было выбора. И никогда не будет. Ты монарх, а не президент. К чему эти игры в республику?
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
— Может, объяснишь? Я правда хочу понять.
— Осознание собственной ограниченности — самое скверное, что может случиться с человеком. Я знаю это по себе и оберегаю от этого других.
— Знание рамок дает хоть какую-то определенность. Разве нет? Странно слышать это от тебя, ведь ты только тем и занимаешься, что устанавливаешь рамки.
— То, о чем мы говорим, сводит с ума. Об этом не нужно знать всем подряд. Пройдут эпохи, мир будет меняться. И мы с тобой — тоже, нас будут иначе звать. Но суть останется прежней.
Атрокс замолк и уставился в окно. От растерянности его словно сковало. Провалиться бы ему сквозь землю.
— Чего ты такой мрачный? — Энигма казалась непринужденной, словно и не попала под стражу. Но ее грудь часто вздымалась от учащенного дыхания, выдавая тревожность и страх. — Разве ты не победил?
— Победил? Побеждают соревнующиеся. Ты мне не соперник.
— Тогда зачем я здесь? — она нахмурилась, и маска притворной беспечности мгновенно слетела с ее лица. — Зачем нужно было объявлять меня вне закона? Неужели так мало предательств с твоей стороны?
Атрокс опешил от внезапных нападок. Последний раз они виделись где-то в начале времен. С тех пор многое изменилось. Разве чужие люди кидают друг другу упреки?
— Ни о каком предательстве не может быть и речи.
— Неужели? — Энигма выразительно вскинула бровь. — Мне казалось, что мы дружили. В те давние времена, когда мы с тобой были нечто иным, чем теперь.
— К чему вспоминать юность? — пренебрежительно бросил Атрокс и наконец прошел в комнату. — Тем более, это ты отвернулась от меня.
— Я боялась потерять себя. Ты ставил под сомнение все мои мечты, и всякий раз, когда я готовилась совершить что-то грандиозное, ты обрывал мне крылья.
— Твои мечты были лишь сказками. Я должен был указать тебе на это. Думаешь, я возвел бы Атросити на мечтах?
— Кто знает? Ты ведь не пробовал. Ты предпочел возвести его на страданиях.
— Это не правда, — отрезал Атрокс, поправляя ворот темно-синего военного кителя, украшенного отличительными нашивками. — И не тебе судить об этом.
Энигма устало вздохнула.
— Ничего не изменилось. Ты по-прежнему не слышишь меня. Я сбежала лишь потому, что ты своим поведением сам прогнал меня.
— Да разве ты сбежала? — Атрокс начал нетерпеливо ходить по комнате. — Ты все время была где-то рядом, забивала голову гражданам своими наивными идеями о свободе и безграничных возможностях. Они верили тебе. И что получилось в итоге? Жестокий мир показал, что наивным в нем не место. Атросити был не готов к этому, но я все исправил.
— Исправил? Ты стал тираном! К чему все эти бронированные слуги закона на улицах? Жители настолько ими запуганы, что думают, будто полицейские — не люди.
— Полицейские ходят в броне, чтобы в любой момент дать отпор Зверю. К тому же, страх помогает хранить порядок.
Энигма с упреком глянула на него.
— Ты превратил наш мир в тюрьму.
— Это лишь твое мнение.
И все же это мнение его задевало. Он посвятил себя служению народу. Он добивался мира и порядка, чтобы сохранить город. И он собирался сделать Атросити великой империей, когда придет подходящее время. Почему же она не может понять эту очевидную истину?
— Внешний мир полон зла. Теперь полон зла и Атросити.
— Это так. Но я работаю над этим.
Энигма внимательно посмотрела на него, и ее рубиновые глаза сверкнули в лучах множества ламп. Она выглядела взволновано.
— По-моему ты запутался.
— Нет. У меня есть четкая цель и четкий путь к ней.
— Почему ты думаешь, что не можешь ошибаться в намеченном пути?
— Потому что нет никого, кто видит дальше моего взгляда.
— А как же я? — совершенно искренне удивилась Энигма. — Я тоже кое-что вижу и знаю.
Атрокс надменно прищурился.
— Твои знания и действия привели к войне.
Энигма нахмурилась и опустила глаза.
— Возможно, я так и осталась наивной дурой, какой была много лет назад. Но и ты так и не избавился от максимализма. Я признаю, что порой гналась за химерой. А ты можешь признать, что не я одна виновата в войне? Атросити — целостная структура. Все в ней взаимосвязано. Так что несправедливо было объявлять меня вне закона.
— Я поддерживаю порядок, — уверено заявил Атрокс. — Я стремлюсь обезопасить жителей от твоего тлетворного влияния. Без него я смогу поставить Атросити на ноги.
— Неужели ты правда веришь в это? А как же Первородный Зверь, который все разрушает? Этот сгусток тьмы вырос из отчаяния, ненависти и боли тех, кто пропал в тюрьмах. Из тех людей, которых ты пытался вычеркнуть из Атросити. Как бы ты ни пытался избавиться от того, что не признаешь, оно возвращается в виде Зверя. И уничтожает город.
— Я не виноват в появлении Зверя. Его породила война. И раз уж на то пошло, преступникам дают приют, несмотря на их злодеяния, а они продолжают вредить Атросити, вскармливая Зверя своими пороками.
— Может, стоило для начала разобраться, почему те люди стали такими?
Энигма тоскливо глянула в сторону, словно видела там что-то печалящее. Атрокс невольно и совершенно неуместно залюбовался ее тонкой длинной шеей.
— Это просто их природа, — как можно спокойнее ответил он, прогоняя смутившую его мысль. — Ровно такая же неизменная, как и твоя. Ты — слабость Атросити. И заражаешь людей идеями мира, равенства, свободы чувств и поведения, а потом они сталкиваются с настоящим миром и не могут его вынести.
Энигма фыркнула.
— Я давно ничего подобного не делаю. В таком-то чистом и непорочном месте, как Атросити, разве можно вещать о свободе и радостях жизни?
— Многое в тебе изменилось, — Атрокс оценивающе посмотрел на Энигму, считая ее положение жалким, и изо всех сил старался игнорировать те изящество и стать, что подарило ей время. — Но ты все такая же чувствительная. Я уверен, война случилась из-за твоей слабости. Острая реакция на удары жизни порождает боль, сомнения, былые ценности начинают казаться неверными и их мгновенно пытаются сместить другие, почуяв слабость конкурентов. Эта буря чуть не погубила нас всех. Война стремительно шла к точке невозврата. А затем — один мощный, убийственный импульс, за которым я не уследил — и вот уже весь Атросити отравлен. Я не погружал мир в кому. Это случилось из-за отравления, к которому привела война. Наш мир мог погибнуть, но я удержал равновесие между жизнью и смертью.
— Ты действительно спас город, — признала Энигма. — Но этого недостаточно! Равновесие между жизнью и смертью слишком шаткое. Пора выводить мир из сна, который ты так ревностно охраняешь.
— Пусть лучше этот мир спит, — в сердцах ответил Атрокс. Он злился на нее, что она пытается учить его вещам, которых сама не понимает. И злился на себя, потому что совершенно не представлял, как осуществить то, о чем говорит она. — Я предпочту эту сонную пустоту тому хаосу, который следует за тобой.
— Только бесчувственный демон может насильно удерживать в коме целый мир, — горько усмехнулась Энигма. — Но ты, — она сверкнула глазами, — ты удивил меня, Атрокс. Я думала, что ты давно превратился в робота, но в тебе еще есть сентиментальность. Иначе к чему тебе нужно было устраивать эту аудиенцию со мной, когда можно было просто отправить на остров?