Мрачные сны Атросити (СИ)

Она ступила голыми ногами на холодный керамический пол. Наготы она не стеснялась, но сейчас чувствовала себя крайне неуютно. Ее встретила лаборантка Марта Шелти, чиркнувшая что-то в своем журнале.

— Все возможные вирусы и зараза устранены. Ваша одежда там.

Она указала на шкаф возле стены. Энигма задрала бровь, с непониманием глядя на Марту, и двинулась к шкафу. И зачем это сканирование здоровья, которое они провели с ней до чистки. К чему все это? Чтобы на допросе она не умерла от инфаркта, если у нее вдруг проблемы с сердцем?

— Здесь нет моей одежды, — сказала Энигма. В шкафу она обнаружила красный комбинезон арестанта.

— Вашу одежду мы утилизировали. Теперь это — ваше.

— А нижнее белье?

— Оно в боковом ящике.

Энигма принялась одеваться. Когда дело дошло до комбинезона, она с отвращением поморщилась. Затем распустила волосы.

— Нет-нет! — тут же запротестовала Марта. — Волосы должны быть собраны.

— Тогда я согласна только на высокий хвост, — капризным тоном заявила Энигма.

— Пучок.

— Лучше сразу пристрелите меня.

Лаборантка недовольно поджала губы, но спор прекратила.

— Пройдемте.

Она повела Энигму в соседнюю комнату. Там находился кабинет с компьютерными столами. За одним из них сидела доктор Катарина Милред, с которой Энигма повстречалась еще до начала всех процедур. Лаборантка велела Энигме сесть рядом.

— Проведем небольшой тест, — заговорила доктор сухим резким голосом. — Я назову вам цифры… Повторите: 3, 5, 7657, 432, 545.

— И каждый день вам приходится заниматься такой ерундой?

— Повторите: 3, 5, 7657, 432, 545, — лицо Катарины оставалось беспристрастным.

— Вы чувствуете себя полезной в такие моменты?

— Повторите: 3, 5, 7657, 432, 545.

— Эх… 3, 5, 7657, 432, 545.

Теперь в обратном порядке.

Грядущее пугало, и Энигма попыталась воспринять глупую проверку как средство борьбы с неизбежностью. Это средство не могло целиком избавить от рокового момента, но могло его оттянуть. И все же симптомы ожидания оставались мучительными: щекочущий страх, отчаянно пытающийся перерасти в панику. Этот страх был сильнее любопытства, Энигма с большой радостью отказалась бы от возможности узнать, каким он стал. Она многое отдала бы, чтобы никогда не попадать в эту цитадель.

— Пройдите тест на экране.

— Вы меня на работу принимаете, что ли?

— Я собираю психологические портреты преступников, — с каким-то превосходством во взгляде ответила Катарина. — А теперь пройдите тест на экране.

Энигма глянула в тест: «Я всегда не доверял незнакомцам, и каждый раз моя правота подтверждалась разными случаями». Скукотища.

— Я отказываюсь. Слишком умно для меня.

— Тогда мы будем вынуждены применить к вам силовые методы.

— Что ж, я потерплю.

Доктор нажала на кнопку стационарного телефона. Ей тут же позвонили. Она выслушала, тяжело вздохнула и вернулась к своему тестированию.

— Прошу, вы очень поможете центру управления, если пройдете тест.

— С какой стати мне помогать центру?

Катарина внимательно посмотрела на Энигму.

— Вы очень поможете лично мне. Сами понимаете, я обязана провести этот тест. Таков порядок.

— Не понимаю.

— Меня могут наказать.

— Это ваши проблемы, — сказала Энигма, но тут же устыдилась своих слов, вопреки своей воле. Болезненное сострадание ко всем живущим часто мешало ей в прошлом, и она старалась его в себе уничтожить и не связываться с другими людьми, не оказывать помощи, не вникать ни в чьи проблемы. Но время от времени жизнь утыкала ее в это носом. И порой вновь просыпалось это глупое чувство, даже там, где оно совершенно неуместно и никчемно. Вот и сейчас, доктор пытается ею манипулировать, а ей жаль эту женщину, застрявшую в системе, из которой она не способна выйти. Которая гордится своей ролью, будто властна над чем-то, хотя сама может в любой момент быть наказанной и отстраненной от дел.

— Вы просто ребенок, — недовольно отрезала Энигма, пододвигая к себе клавиатуру. — Играетесь со своими тестами, хотя могли бы по-настоящему помогать Атросити.

Катарина довольно прикрыла глаза. Энигма потыкала кнопки на клавиатуре, то и дело вздыхая от скуки, когда попадался объемный вопрос.

— Отлично. Теперь следующий тест. Вот вам десять рисунков. Возьмите карандаш, изобразите их на листе. Расставьте их в иерархическом порядке.

Иерархический. Господи, что это за бред? Как эти каракули можно вообще вписать в общую иерархию? Вместо символов Энигма нарисовала солнце.

— Вы уверены, что именно так хотите ответить на этот тест?

— Скажите, это ваш натуральный цвет или вы краситесь? — спросила Энигма, чувствуя, как нелепое тестирование начинает выводить ее из себя. — Никогда не встречала настолько коричневых волос.

— Прошу, расставьте десять рисунков в иерархическом порядке.

Энигма закатила глаза и принялась расставлять картинки. Вот это скопище пятен напоминает газировку, давно такой не пила. Пусть будет первым. А эта клякса похожа на доктора. Энигма прищурилась, глядя на худощавую чернобровую женщину с птичьими глазами и громадной родинкой около носа. Представила, как та пьет газировку.