Транквиландия или Горячий Тур по Колумбии

— Не стреляйте! — внезапно раздалась испанская речь из джунглей, а потом он произнёс что-то на местном наречии.

— Выходи и покажись! — велел я, не опуская «Ремингтон».

Леонсио вышел из кабины, держа на весу свой пистолет-пулемёт. Кусты зашевелились, и оттуда вылез совсем ещё молодой пацан, высоко подняв над головой побитый автомат Калашникова. Грязный потрёпанный камуфляж был залит кровью, но парнишка не был ранен.

— Бросай оружие! — крикнул Леонсио на местном, и я понял его, потому как парень мгновенно бросил АК перед собой и упал на колени в нескольких шагах от меня.

— Ты один остался? — поинтересовался я у парня, опуская ствол дробовика.

Парень нервно закивал, всем видом показывая, что он говорит правду.

— Вы кто такие?

Глядя на меня наивными и щенячьими глазами, словно ища поддержки у залётного иностранца, парень забормотал, мешая испанские слова с местными:

— Мы — партизане, пощадите нас, отстали от отряда! Пожалейте, сеньор, у меня дома мать больная осталась!

Леонсио двинулся вперёд, на ходу расстёгивая заплечную кобуру, и вытащил оттуда пистолет «Обригон» — дешёвую мексиканскую версию «Кольта 1911». Приблизившись вплотную к парню, он взвёл курок и приставил ствол к лицу парня.

— Стой! — произнёс я вполголоса, но грохнул выстрел, и молодой партизан рухнул на землю. Леонсио всадил в его бездыханное тело ещё пару пуль, после чего сунул «Обригон» обратно в кобуру и повернулся ко мне:

— Раньше надо было думать, когда в Герилью вступал! Эй, Рене, не стой столбом, может сходишь, в заросли глянешь — в порядке ли всё там?

— Погоди! — вернувшись к грузовику, я достал из-под сидения пожелтевшую коробку с патронами 12 калибра и быстро загнал недостающие заряды в «Ремингтон».

В зарослях я действительно обнаружил ещё двух мёртвых ребят в грязном камуфляже. По-видимому, парень действительно говорил правду: выглядели они так, будто скитались по джунглям уже давно, а их АК уже давно не были чищены, но всё же стреляли они исправно. Когда я вернулся с конфискованным оружием к грузовику, Леонсио присел перед передним правым колесом, которое пробило пулей.

— Далеко нам ещё ехать, босс? — спросил его я, — На такой резине ещё пару миль — и кранты!

— Не волнуйся, гринго! — встал Леонсио, отряхивая свои брюки, — Осталось немного! Там всё чисто?

Я кивнул, передавая автоматы ребятам Леонсио. Рауль напряжённо всматривался в джунгли, сжимая свой восьмизарядный «Магнум».

— Может, уже поедем? — недовольно протянул он.

— Правильно, давай по коням! — махнул рукой Леонсио.

Я спрятал «Ремингтон» под сидение и вновь сел в кабину. Дождавшись, когда на пассажирском сидении устроился Леонсио, я завёл двигатель и вернулся в колею. На этот раз управлять грузовиком было трудно: ЗИЛ не желал резво двигаться по колее с пробитым колесом. Но я упорно давил на газ и молился, чтобы мы не застряли. Но тут тропинка кончилась и мы выехали на высокий берег реки. Через реку был переброшен небольшой деревянный мост.