Неприкаянные

— Хорошо. Я буду ждать твоего звонка.

У меня трясутся руки и вспотели ладони. Я все также блею и повторяю глупый набор стандартных фраз, припасенных для такого случая. Я до смерти боюсь Феликса, потому что знаю — стоит мне ослушаться — и вместо душки выползет жестокий монстр с холодными серыми глазами. Монстр, который испытывает удовлетворение, только когда я подавлена и чувствую себя виноватой. Монстр, который обещал меня наказать, если я сделаю что-то не так.

Феликс отключается, и я жалко сглатываю ком в горле. Как мне от него избавиться?! Как, если я боюсь даже дышать, когда он материализуется в моем телефоне?

В приемной хлопает дверь.

— Отличный сервиз! — проходя мимо моего стола, будто невзначай бросает Афинский.

Я пытаюсь улыбнуться, но разговор с Феликсом полностью изменил мое внутреннее состояние.

— Таисия, я уйду на час раньше. Хочу проведать отца, — внимательно смотрит на меня босс. — Если у вас нет никаких планов на вечер, может, составите мне компанию? Мне кажется, папа будет рад увидеть своего помощника.

Перед глазами всплывает образ прежнего начальника, и я загоняю мысли о Феликсе глубоко в подсознание. Я всегда трепетно выполняла свои обязанности. Моего родного отца давно нет, а Юрий Сергеевич относился ко мне тепло, так, как относятся родители к детям. Несколько мгновений я обдумываю слова босса. Почему бы и не прогуляться?

— У меня нет планов на вечер, и я буду рада увидеть Юрия Сергеевича. Только вашему отцу не будет неловко от того, что вы придете со мной? — все еще немного сомневаюсь я.

— Поверьте, он будет счастлив. Да и мама знает, что я приду, поэтому обязательно приготовит что-нибудь вкусное. Заодно и поужинаем, — дружелюбно посматривает на меня Афинский.

Я вспоминаю, что снова пропустила обед. Это нехорошо, но после звонка Феликса я даже думать о еде не могу.

— Не переживайте, после того, как проведаем отца, я обязательно подброшу вас домой, — обещает босс.

— Не стоит, я на своей машине.

— Тогда нам будет удобнее встретиться на парковке перед набережной. Оттуда до дома моего отца рукой подать.

— Значит, так и сделаем, — соглашаюсь я.

Мысли о Феликсе на некоторое время отступают на задний план.

Когда я подъезжаю к небольшой парковке у набережной, Афинский уже ждет меня. Он стоит, засунув руки в карманы брюк, и любуется полетом чаек над подернутой золотом морской гладью.

Я запираю машину, вешаю на плечо сумку, подхватываю купленный в кондитерской чизкейк — любимый десерт Юрия Сергеевича, и спешу к нему.

— Таисия! — осуждающе посматривает на десерт в моих руках он. — Когда я приглашал вас на ужин к родителям, я не имел в виду, что надо что-то покупать!

— Я знаю. Но это любимый десерт вашего отца. Поверьте, ему будет приятно, что я об этом помню.

— Вы бы могли сказать мне, что надо купить десерт, — продолжает бурчать Афинский.

— Мне хотелось порадовать вашего отца. За те девять месяцев, что мы работали вместе, я успела к нему привязаться, — поясняю я.