Под знаком Льва [litres][Leonis - Herz über Kopf durch die Zeit]

Солдаты разглядывают меня со смесью любопытства и растерянности. Я непонимающе оглядываю себя и только через некоторое время понимаю, что не так. Моя одежда. Пусть всю дорогу я и умирала от жары в своем теплом осеннем платье, но в глазах римлян я заявилась в город почти неглиже: платье кончается чуть выше колена, что делает его однозначно неподходящим исторической эпохе, в которой я оказалась, глубокий вырез, подчеркнутые очертания тела – это выглядит почти скандально для норм приличия этого времени. Может, Леонардо это и не волновало, но я буквально по глазам вижу, что обо мне думают эти ребята. Один из них ловко отводит Леонардо в сторонку.

– Что с вашей спутницей? – добродушно бурчит он, пристально глядя при этом на меня. – Хотите протащить в город еще одну распутную девицу?

От возмущения у меня пылают щеки, но Леонардо лишь безмятежно улыбается.

– Донна Розалия – замужняя женщина. Пусть ее одежда может показаться вам необычной, я все же полностью ручаюсь за ее нравственность. Будьте уверены, что ее присутствием город не будет испорчен более, чем он уже есть.

Черт, значит, он все-таки заметил мой наряд!

Я смотрю на сторожевой пост, стражники на котором выглядят довольно скептически, ни на йоту не убежденные заверениями Леонардо, но, поскольку за нами уже образовалась очередь из тех, кто надеялся попасть в город до темноты, нас все-таки пропускают.

– Но смотрите, чтобы она прилично одевалась, пока находится в Риме! – кричит один из стражников вслед, и я не могу не закатить глаза.

По крайней мере, мы действительно сделали это. Мы попали в Рим! Правда, я все еще не могу понять, как мне это сошло с рук, но, с тех пор как я стала путешественницей во времени, я научилась быть более гибкой к любым обстоятельствам.

Мы с Леонардо выходим на Пьяцца дель Пополо. Я удивленно оглядываюсь: площадь широкая и прямоугольная и выглядит совсем не похожей на себя в моих представлениях, сформированных из фотографий в учебниках. Еще нет ни знаменитых церквей с краю, ни обелиска в центре. Слева от меня, правда, уже располагается Санта-Мария дель Пополо, но возвышающийся за ней Монте-Пинчьо мало похож на тот элегантный сад, который я ожидаю увидеть.

Я медленно начинаю осознавать, что вижу Рим эпохи Возрождения, в которую папы знатно разгулялись здесь со своими гениальными художниками и архитекторами. Как я не догадалась, что Леонардо сейчас примерно лет на двадцать старше, чем в нашу последнюю встречу? Значит, по очень приблизительным оценкам, я примерно в тысяча пятисотом году.

Я ломаю голову над тем, какой папа был у власти около тысяча пятисотого года, точно не Медичи: Джованни де Медичи, как и Лео X, был первым папой в семье, а до него определенно правил Юлий II… Кто же был до него?