Под знаком Льва [litres][Leonis - Herz über Kopf durch die Zeit]

Это я при всем желании объяснить не смогу. Я вообще мало что смогу объяснить. Его самообладание при моем внезапном появлении приводит меня в ступор: я имею в виду, как часто бывает, что человек перед вами появляется буквально из ниоткуда? Я бы на его месте от испуга вцепилась в свою рубашку.

Чтобы и дальше не сидеть с открытым ртом, я подскакиваю, потирая затуманенные глаза, и умоляюще опускаю взгляд. Интересно, в какую картину я прыгнула наугад и где меня выплюнул портал на самом деле. Мы стоим на небольшой возвышенности над ярко-зеленым холмом. Отсюда я различаю небольшой поселок: домики расположились на холме, окруженные веером пашен и зерновых полей. С трудом оторвавшись от созерцания великолепного пейзажа, я оглядываюсь по сторонам и – вот она, картина, стоит, прислонившись к раскрытому мешку на расстоянии вытянутой руки от меня. На холсте Мадонна с младенцем, и хотя работа еще не окончена, уже чувствуется, что вскоре она станет шедевром. На какое-то время я забываю обо всем вокруг, полностью погружаясь в созерцание линий и оттенков. Захваченная зовом картины, я думаю о том, чтобы снова коснуться ее и вернуться обратно в свое время: вряд ли Леонардо хоть как-то отреагирует, если я снова растворюсь в воздухе прямо у него на глазах.

Было ли хорошей идеей так спонтанно, без подготовки, шагать в прошлое? В конце концов, я была абсолютно разбита, когда позволила себе довериться этому порыву. Никто не знает, где я, и я снова абсолютно не готова к такому путешествию. Я действительно обязана вернуться, даже если это означает, что мне снова придется иметь дело с Лео.

Почти неосознанно я поднимаю руку, мои дрожащие пальцы нерешительно зависают в воздухе, и, несмотря на то что я все еще нахожусь на небольшом расстоянии от портала, я уже чувствую его мерцающее притяжение – силовое поле чистой энергии, нет, магии, манящей меня как магнит. На этот раз он работает – я чувствую это с непоколебимой уверенностью. Все совсем не так, как в прошлый раз, когда портал буквально разрушился позади нас, и мы застряли во Флоренции до тех пор, пока не выполним миссию. На этот раз дорога домой лежит у меня на ладони.

– Я не совсем уверен, что мне нравится положение головы Мадонны, – раздается вдруг рядом со мной голос Леонардо, и я тут же отдергиваю руку, пряча ее в глубоком кармане пальто, словно меня поймали на чем-то предосудительном. Сердце колотится как бешеное. Вот черт! Картина меня почти загипнотизировала.

Леонардо тем временем опускается рядом со мной на корточки, окидывая картину самокритичным взглядом.

– Она должна показать зрителю больше своего лица: этот взгляд вниз, наверное, не совсем то, что я хотел. Что вы думаете на этот счет?

Я сглатываю и задумчиво киваю, разглядывая Мадонну, которая смотрит куда-то в левый нижний угол картины. Ее лицо при этом наполовину скрыто, и из-за странной позы головы шея и плечо выглядят странно искривленными. Когда я говорю об этом Леонардо, он задумчиво кивает.