Каменное сердце [= Камни вместо сердец][Heartstone]

— А вы сами когда-либо встречались с мастером Хоббеем? — уточнил я.

— Нет. Я знаю лишь то, что рассказывал мне Майкл. Он сказал, что сначала мастер Кертис, желая выгодно вложить капитал, намеревался купить монастырь со всеми землями, однако потом решил, что это ему, пожалуй, не по карману. И позвал в долю мастера Хоббея, которого знал по гильдии торговцев тканями. Николас несколько раз приходил к обеду, чтобы обсудить, как лучше разделить земли между двумя семьями, и в результате Хоббей приобрел меньшую часть леса и здания монастыря, который собирался превратить в свой загородный дом. Мастер Кертис ограничился покупкой леса, взяв себе, однако, более обширную его часть. За это время Николас подружился с мастером Кертисом и его женой. Он показался Майклу двуличным человеком: из тех, что придерживаются реформистских взглядов в обществе богобоязненных людей, но в то же время способны вести торговые переговоры с папистами, перебирая четки. Что же касается его супруги, миссис Абигайль, то мой сын сказал, что эта женщина просто безумна.

Снова безумие!

— И в чем же это проявлялось? — поинтересовался я.

Моя собеседница покачала головой:

— Не знаю. Майкл не любил говорить со мной о подобных вещах. — Помедлив, она продолжила: — Мастер и миссис Кертис умерли слишком быстро и потому не успели составить завещание. Вот почему все сделалось таким неопределенным. Однако уже вскоре после их смерти мастер Хоббей явился с адвокатом и сказал моему сыну, что будущее детей устроено.

— Вам известно имя адвоката?

— Дирик. Винсент Дирик.

— Вы знаете его, Мэтью? — спросила меня королева.

— Немного знаю. Он барристер в Иннер-Темпл. И за прошедшие годы не раз представлял в судах интересы лендлордов в Суде палаты прошений, выступая моим противником. Хорош в споре, однако может быть излишне агрессивен. Я и не подозревал, что он также занимался опекой.

— Майкл опасался этого человека, — вставила миссис Кафхилл. — Вместе с викарием Кертисов мой сын пытался найти родственников Хью и Эммы, однако тут мастер Николас заявил, что купил опеку над детьми. Дом Кертисов был назначен к продаже, а брат с сестрой должны были перебраться в дом Хоббеев на Шу-лейн.

— Похоже, все было сделано слишком поспешно, — заметил я.

— Тут явно сыграли свою роль деньги, — прокомментировала королева.

— И сколько же там было земли? — задал я еще один вопрос.

— Всего, если не ошибаюсь, около двадцати квадратных миль. Доля детей составляла свыше двух третей, — ответила Бесс.

Солидный участок…

— А вам известно, сколько Хоббей заплатил за опеку? — продолжил я расспросы.