Электронная книга - «Клубника на десерт (ЛП)». Краткое содержание книги:
– Да, – сознался я. – Все из-за Коула.
Несколько секунд он с осторожным любопытством изучал меня.
– Вы поссорились?
– Вроде того.
– И расстались?
Я вздохнул.
– Не знаю, пап. Начать с того, что я не уверен, можно ли сказать, что мы вообще были вместе.
– Все из-за того, что случилось за ужином?
Я колебался, не желая обсуждать эту тему. Однако я знал своего отца. Если не заговорить, то он начнет строить предположения и давать непрошенные советы.
– Отчасти. На следующий день мы пошли в театр, и все обернулось не совсем так, как я планировал.
– Ну-ну, – снова сказал он, продолжая забавляться.
– Что? – агрессивно спросил я.
– Что именно ты сказал ему?
– Я сказал, что он слишком кривляется. И попросил его быть потише.
– А он посоветовал тебе поцеловать его лилейно-белую задницу?
Мне пришлось спрятать улыбку. Частично из-за того, что он угадал, но еще потому, что первым моим порывом было сказать, что на самом деле задница у Коула не лилейно-белая. О чем отец – тут я не сомневался – предпочел бы не знать.
– Не совсем такими словами, но да. Общий смысл был таков.
– Ну-ну, – повторил он опять этим своим раздражающе-шутливым тоном.
– Что?
Он покачал головой.
– Да ничего особенного. Просто подумалось кое о чем. Вот и все.
Он многозначительно умолк. В конце концов я сдался и спросил:
– И о чем же?
– Ты помнишь свадьбу Дэвида? – Я закрыл глаза, потому что знал, к чему он ведет, но остановить его был не в силах. – Помнишь, что произошло на приеме?
Естественно, я все помнил. Мой кузен Дэвид женился всего через несколько месяцев после того, как я открылся семье, и на прием по случаю свадьбы я пришел не один, а с Заком – таким образом впервые заявившись на семейное торжество с мужчиной.
– Да, – наконец сказал я. – Помню.
– Вы с Заком страшно нервничали, да? Ну, тогда я этого не понимал, потому что все силы тратил на отвращение и на попытки это самое отвращение подавить. Зато теперь понимаю. Вы оба так осторожничали, так старались не сидеть слишком близко, не дотрагиваться друг до друга, но дело в том, что, взглянув на вас, все становилось ясно, как день. Вы улыбались как дурачки и глаз друг от дружки не отводили.
Он был прав. Я совершенно отчетливо помнил, как мы с Заком старались не привлекать к себе внимания, хотя знали, что при первой возможности сорвем друг с друга одежду. После приема мы даже не дотерпели до дома. Я покраснел, вспоминая ласки наощупь и тот восхитительный приступ страсти, овладевший нами в его машине, как только мы дошли до парковки.
– И вот вы сидели, – продолжал отец, – и старались не прикасаться друг к другу. А я стоял и старался не думать о ваших прикосновениях. И в конце, основательно поднабравшись, я отвел вас в сторонку…
– Да.
– …и попросил прекратить выпячивать свою голубизну.
– Я помню.
– А свой ответ мне ты помнишь?
– Я сказал, что тебе лучше привыкнуть к тому, что вместо сына у тебя гребаный педик.
Он кивнул.
– Именно. А потом ты сказал, что, если б я любил тебя по-настоящему, то не просил бы тебя измениться, а научился принимать таким, какой ты есть.
– Пап, к чему ты клонишь? – спросил я, пусть и зная ответ.
– К тому, что ты был совершенно прав. – Он взял меню и поднял его, закрыв от меня лицо. Но я все же расслышал его. – Давай признаем, Джон: такое случается не очень-то часто, а?
***
Я знал, что Коул вернулся в Финикс, однако мне понадобилось три дня и полбутылки вина, чтобы собраться с духом и позвонить ему.
– Алло?
– Это Джонатан.
Последовала пауза, а потом:
– Я знаю.
– Коул, прости меня. Мне очень жаль. Правда.
– Простить за что?
– За то, что стеснялся тебя. За то, что устроил сцену. За все, что наговорил тебе, и за то, о чем думал, но не сказал.
– Ты на верном пути, дорогой. Продолжай.
– Прости за то, что потребовал от тебя измениться. И за то, что вел себя как зажатый хер.
– Это все?
– Я что-то пропустил?
– Полагаю, ключевые моменты охвачены.
– Я скучал по тебе.
– Великолепно. Ты делаешь феноменальные успехи.
– Я не хочу, чтобы все закончилось.
Я ждал, что он выдаст очередную ехидную реплику, однако он тихо сказал:
– Я тоже этого не хочу, Джонни. – И я понял, что обращение ко мне по имени, пусть и сказанное насмешливым тоном, было своего рода предложением мира.
– Можно с тобой увидеться?
– Сегодня? Даже не знаю, дорогой. Я страшно занят.
– Тогда когда?
– Я проверю свое расписание и дам тебе знать.
– Серьезно?
– Ты мне не веришь?
– Я думаю, что ты, кажется, просто пытаешься наказать меня.
– Не глупи, дорогой. Естественно я пытаюсь наказать тебя. Ну все, пока!
– Коул? – воскликнул я, но в трубке уже была тишина. – Да чтоб тебя! – проорал я и зашвырнул телефон через всю комнату. Он с грохотом впечатался в стену, выстрелив во все стороны пластмассой и батарейками и оставив на гипсокартоне заметную вмятину. Хорошо хоть то был домашний, а не сотовый телефон.
Какого черта меня дернуло позвонить ему?
Я выпил еще вина. Пощелкал пультом, переключая по телевизору всякую чушь. Потом пошел на кухню и обшарил шкафчики на предмет чего-нибудь съедобного. За время пребывания Коула у меня дома припасов на кухне прибавилось, но то были в основном разнообразные специи и масла. Наконец в дальнем углу холодильника я нашел упаковку готового ужина. Поставил его в микроволновку, но не успел включить ее, как раздался звонок в дверь.
Пиная по пути обломки телефона, я подошел к двери. И замер с ладонью на ручке, чтобы успокоиться. Сосчитал до пяти. Потом еще раз. И только потом открыл дверь.
Это был Коул. Я еще не видел, чтобы он выглядел таким неуверенным в себе. С алыми от смущения щеками он взглянул на меня сквозь челку.
– Я решил, что закончил тебя наказывать, – сказал он. И в следующее мгновение оказался на мне.
Он задыхался, его руки рвали мою одежду. Он даже позволил поцеловать себя, что случалось нечасто. Его вкус был фруктовым и сладким, губы – мягкими, теплыми, а запах волос настолько знакомым, что все былые обиды забылось в один момент.
Мне не терпелось скорее раздеть его.
Я потянул его к дивану, где он толкнул меня, заставляя сесть. Опустившись передо мной на колени, он начал расстегивать ширинку моих брюк. Он действовал в своей обычной манере, сразу приступив к делу, а я – впервые за все время нашего знакомства – вдруг поймал себя на том, что не хочу торопиться. Я хотел привлечь его к себе на колени и подольше поцеловать. Я хотел надышаться запахом его нелепого шампуня. Но он со всей быстротой, на которую был способен, стянул с меня брюки, и, не успел я возразить, как оказался у него во рту.
Быть может, то был не лучший минет в его исполнении, зато энтузиазма ему было не занимать. Одной рукой он держал меня за основание члена, а пальцами второй больно, но невыразимо эротично впивался в мое бедро. Его волосы были шелковисто-мягкими под моими ладонями, рот – невероятно жарким, а звуки, которые он издавал, сводили меня с ума. Он двигался очень быстро, постанывая, почти всхлипывая, и я подозревал, что он возбужден настолько, что мне, вероятно, вообще не придется его касаться.
Прошло три недели с тех пор, как меня касались чьи-либо руки, помимо моих собственных, поэтому излишне говорить, что его рот был бесконечно лучше. Мне много не требовалось, а мои стоны только добавили в его действия пыла. Не успел я кончить, как он вскочил и начал сражаться с пуговицами на брюках. Я знал, что он продержится еще меньше меня. Оттолкнув его руки с дороги, я выпустил на волю его эрекцию. Прихватил губами самый кончик, собираясь немного его подразнить, но он взял меня за затылок и втолкнулся в меня до самого горла.