Во власти страха (СИ)

-Бабуль, не горячись! Я просто должна...

-Ничего ты этой скотиняке не должна! Что там происходит у тебя, Нюра? Он угрожает, давит на тебя ? Вот сволочина, ирод проклятый. Господи, да когда же он мою девочку в покое оставит?! Да, где глаза-то твои?!

-Баб, не надо...

-Чего не надо -то? Не права я что ли? А ты почему вообще сидишь, его слушаешь, я не пойму? Привечаешь его там ? Заявление немедленно пиши и дело с концом, его сразу отправят туда, где ему и место, выродку блядскому!

Столько злости было в ее голосе, ненависти. С каждым словом моя надежда на понимание со стороны бабушки угасала и решительность тоже. Язык словно примерз, и я не могла ни слова из себя выдавить.

-Бабушка, ну, какое заявление, о чем ты говоришь?!- натянуто улыбнулась я, стараясь не выдать своих истинных чувств. –Все хорошо... Он имеет право на общение с сыном.

-Право?-засмеялась бабушка иронично. –Аня, ты что, не понимаешь? Он же теперь тебя в покое не оставит. Будет через сына в твою жизнь лезть. Такие скоты, они как собаки на сене. Нюрка, я тебя не понимаю! Где твое благоразумие? Что ты творишь? Ты посоветовалась с психологом, с адвокатом, чтобы вот так взять и с бухты-барахты сына тащить на встречу с УБИЙЦЕЙ, ЗЭЧАРОЙ....

-Хватит!-грубо оборвала я. Бабушка не знала правды, но я то знала и сейчас как никогда чувствовала свою вину. Из-за меня теперь на Маркусе всегда будет стоять клеймо убийцы и уголовника. Я не могла рассказать бабушке, что если бы не этот « ирод», то я бы сейчас гнила в колонии строго режима.

Меня передернуло, когда я представила, что меня ждало, если бы Маркус был таким, как его расписывает бабушка, пытаясь вправить мне мозги. Только сейчас вдруг накатило понимание, что я обязана в первую очередь слушать себя, а не окружающих, потому что только я знаю правду.

Поэтому отдышавшись, уже более спокойно попыталась объяснить так, чтобы бабушка хоть немного остыла:

-Послушай, баб! Я не с « бухты-барахты» потащила ребенка, эти четыре года он общался с отцом-мы писали ему письма....

-Что? –задохнулась бабушка, я же зажмурила глаза, готовясь к буре, которая последовала незамедлительно, - Аня, немедленно объясни, что это значит! Писала этому ублюдку письма? Господи, да он что, приворожил тебя что ли?! Ты забыла, как он тебя выкинул на улицу ели живую? Ты видела себя, когда в больницу поступила, видела?- кричала бабушка. Я же нервно сглотнула, меня трясло от ужаса, слезы жгли глаза. Как мне объяснить ей все?

-Бабуль, я не могла его оставить. Я должна была поддержать. Мне было его жаль. – на одном дыхание выдала я, захлебываясь слезами, не в силах сказать все как есть.

-Жаль? Да Господь еще милостив с ним был, после всех его зверств. Он-то тебя пожалел хоть раз?! Избил так, что живого места не было, всю спину исполосовал....- бабушка зарыдала в трубку, я содрогнулась, зажала рот ладонью, задыхаясь от ужаса, унижения и боли. –Всю жизнь тебе испоганил, искалечил, девочку мою и еще совести хватает в глаза смотреть. Ой, да чтоб ему пусто было , ироду проклятому! Аня, да что с тобой, доченька? Забыла ты что ли все?