Мандаринка на Новый Год (СИ)
- Автор: Волкова Дарья
- Серия: Невозможного нет #8
- Год: 2014
- Язык: русский
- Год: СИ
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Мандаринка на Новый Год (СИ)». Краткое содержание книги:
— Очень, Ник. Очень хорошо было. Никогда так… Тоже в первый раз и… Спасибо.
От ее слов в груди становится тепло, даже горячо. Так, будто там распустилось маленькое персональное солнце. Он поворачивает голову, чтобы найти губами изящное ушко.
— Еще позволишь мне… так?
— Да, — отвечает она все так же тихо, смущенно, но уверенно. — Только не сейчас, наверное. Хорошо?
— Хорошо. А, можно, я сам тогда еще раз?…
Вместо ответа Люба целует его в шею и плотнее прижимается бедрами. Боже мой… Черт побери… Как же с ней офигенно!
Часам к восьми вечера следующего дня до него, наконец-то, дошло, что она ему не позвонит сама. Мало ли что он тоже привык, что обычно ему первому перезванивали. А не перезвонили — ну так и не больно надо. Но это же Люба Соловьева! Хрен она позвонит сама первая. А ему хотелось слышать ее. И видеть. И просто — хотелось. Весь день одергивал себя, заставляя сосредоточиться на работе.
Еще два часа он обламывал собственную гордость. А потом не выдержал и позвонил. Занято. Через пару минут — снова занято. Через пять минут — все еще короткие гудки. С кем можно столько трепаться по телефону?! Она взяла трубку только ближе к одиннадцати.
— Привет.
— С кем так долго по телефону разговаривала?!
Люба не торопилась с ответом. Он чертыхнулся про себя.
— С Марком, — наконец-то соизволила ответить.
— Ну и как? Наворковалась? — да что он несет?! Но остановиться не может — что-то вдруг стало остро жечь внутри.
— На х*р посылала.
Теперь замолчал он. Если Люба… Люба!.. с ее литературным образованием и редакторской должностью позволяет себе так выражаться… Он, конечно, рад это слышать, что уж перед собой-то притворяться, но, похоже, этот урод ее достал.
— Чего так долго? С первого раза не понял?
— Угу. И со второго.
— Бедняжка.
— Марк?!?
— Ты!
Она мягко рассмеялась. Он улыбнулся, устраивая удобнее голову на подушке.
— Ну, если что — я тебя в этом решении всецело одобряю и поддерживаю.
— Если что — твое одобрение мне не требуется. Ну, а ты, — она вытянулась поверх одеяла, — что полезного сделал?
— Ничего. Бездельничал. Лежу вот в постели. Вспоминаю. И… думаю о тебе.
Сказал и замолчал удивленно. Он никогда не говорил с девушками так. Об этом. О чем там разговаривать? Делать надо. Да он особо и не умеет — говорить, в смысле.
— А о чем… конкретно… думаешь? — голос ее звучит как-то странно. Будто он ее… взволновал своими словами. Ник прикрыл глаза и продолжил удивлять сам себя. И Любу заодно.
— О том, как ты лежала вчера на этой постели. Без одежды. Как ты выглядела, когда… Знаешь… подушка еще пахнет тобой, — ого, кажется его понесло. И ему это нравится, похоже.
— Самойлов, — она говорит как-то… с какой-то внезапной хрипотцой, — а ты в «сексе по телефону» не подрабатываешь?
— Что, узнала голос? — хохотнул Ник, ей не удалось застать его врасплох.
Люба ответно рассмеялась.
— Так это ты, мой могучий Супермен в облегающем трико, — произнесла она нарочито томно. — Твоя кошечка-царапка по тебе так скучала, сладкий.
— Я тоже по тебе скучал, — ответил вдруг он совершенно серьезно.
Снова она молчит. И снова он ругается про себя на свою несдержанность, внезапную откровенность. А потом она отвечает — так неожиданно, что у него перебивает дыхание от ее слов.
— Ник, знаешь… Мне… мне было очень хорошо с тобой. Правда. Ты хотел вчера, чтобы я сказала. Так вот, — она вздохнула, словно решаясь. — Я кончила вчера. Когда ты меня… — она все-таки задохнулась своими словами, их откровенностью. Ник не сдержался и выругался. Капец какой-то. Придется еще раз идти в душ. В холодный.
— Ты чего там ругаешься?
— У меня из-за тебя стояк, — сказал прямо. Удивляться уже перестал — тому, что говорит об этом. Тому, что его несет и, главное, в каком направлении. Этому совершенно новому желанию говорить с ней, хотя бы говорить с ней так откровенно. Раз уж нельзя Любу вот прямо сейчас подмять под себя и… Он застонал.
— Так все плохо? — он не знает, но ее там тоже несет. И она тоже там замирает от каждого слова, прижимая плотнее телефон к уху. И для нее это все тоже в первый раз. Вот такие откровенные разговоры. Раньше просто не было повода и не с кем. А с ним…
— Дискомфортно, знаешь ли! А мастурбация — это давно не наш метод. Так что придется страдать и терпеть.
— А что — когда-то это был ваш метод?!
— Все мальчишки делают это, — Ник ничуть не обескуражено хмыкнул. — В определенном возрасте. Но это было давненько и, боюсь, я уже порядком подзабыл технику.
— Кошмар, — он не видит, но она там теперь улыбается от уха до уха. — Вы ужасно порочны, Николя!
— А что, воспитанные дамы этого не делают?
— Фи! Конечно, нет! И, вообще, я не понимаю, о чем ты говоришь!
— Да? — Ник усмехается. — А скажи мне, Любаша, где сейчас твои руки?
Тут только до нее доходит, что свободную руку она неосознанно зажала между бедрами. Черт знает сколько времени назад, кажется, почти с самого начала разговора с ним. Но это не потому… не то… Она резко засовывает руку под подушку.
— А твои?!
— Одной рукой я держу вашу фотографию… а другой я думаю о вас…
Люба не выдержала и снова расхохоталась. Ник тоже, потом что-то сказал невнятно.
— Повтори, я не расслышала.
— Да это я не тебе. Ко мне тут заглядывают, интересуются, чего это я, как дурак, лежу в темноте и ржу.
— И что ты ответил?
— Что у меня сеанс секса по телефону.
— Поверили?
— По-моему, нет. Слушай, Люб… Давай, встретимся завтра.
— Давай, — нарушая все мыслимые и немыслимые правила кокетства сразу отвечает Люба.
— Только это… у меня завтра дома родители… в смысле, мы не сможем у меня…
— Самойлов! Я тебе только для секса нужна?!
— Нет. Давай в кино сходим, хорошо?
— Хорошо.
Нажимает отбой. Кто так с парнями говорит, Люба? Нельзя же! А плевать. С ним — хочется именно так. Нет никакого желания ломаться и кокетничать, а хочется ляпать, не думая. И смеяться. И слушать его смех. А еще — замирать от его неожиданных и откровенных слов. Она и предположить не могла, что Ник вот такой — может и рассмешить, и заставить сердце замереть. Наверное, она его плохо знает. А то и не знает совсем.