Сочинения в трех томах. Том 1

— Теперь, когда вы наконец обрели сестру, позвольте представить вас моей жене, — сказал он, обращаясь к Гэбриелу и беря Грейс за руку.

В ответ Олли бросилась на шею к Пуанзету и обменялась с ним родственным поцелуем, означавшим, что и их вражде пришел конец. Ура!

— Но ты совсем не похожа на новобрачную, — сообщила Олли по секрету миссис Пуанзет. — Где же твоя фата, где флердоранж?.. Ты в простом черном платье…

— Вы забываете, что мы уже семь лет как женаты, — возразил Артур, который всегда все слышал и на все имел готовый ответ.

Тут все вчетвером принялись болтать напропалую, словно всю жизнь были в самой тесной дружбе.

— Послушай, Гэбриел, — сказала Грейс брату, — мы с Артуром должны завтра ехать в восточные штаты, но он говорит, что не двинется с места, пока ты не согласишься взять себе этот дом. Если хочешь знать, мы (в это множественное число была вложена бездна довольства и счастья), мы уже переписали дом на твое имя.

— Прежде чем толковать о передаче собственности, я должен выполнить некоторые обязательства по отношению к Грейс, — сказал Гэбриел. — Я должен вернуть ей случайно попавшие ко мне ее бумаги. Вот этот документ, — он вытащил из кармана помятый желтый конверт, — я получил с неделю назад: он лежал на почте с самого начала суда, адресованный на мое имя. Письмо принадлежит Грейси, и я вручаю его ей.

Грейс вскрыла конверт, быстро прочитала бумагу, вскрикнула удивленно, залилась румянцем и спрятала бумагу в карман.

— А этот документ, — столь же торжественно заявил Гэбриел, вытаскивая из кармана куртки еще одну бумагу, — я нашел в заброшенной штольне в ту ночь, когда прятался от линчевателей. Он прямо относится к Грейси, но и всем не мешает с ним познакомиться. Здесь удостоверено, что доктор Деварджес открыл первым серебряную руду на холме; тем самым, — тут голос Гэбриела приобрел особую торжественность, — мои личные права на эту руду, права мистера Дамфи и всех держателей акций, можно сказать, отменяются.

Мистер Пуанзет с интересом взял бумагу и внимательно оглядел ее в тусклом свете гаснувшего дня.

— Вы правы, — сказал он. — Документ в полном порядке.

— А вот третий документ, — объявил Гэбриел, на сей раз вытаскивая из-за пазухи мешочек из оленьей кожи, в котором оказалась еще одна, сложенная в несколько раз бумага. — Это завещание доктора Деварджеса на имя Грейси; Рамирес — бедняга мексиканец, которого убили, — передал его Жюли, моей жене, а Жюли, — тут Гэбриел мучительно покраснел, — сохранила его для Грейси.

Он передал бумагу Артуру; тот взял ее и благодарно задержал в руках огромную ручищу Гэбриела.

— Ну, а теперь, — заключил Гэбриел, — поскольку уже поздновато и пора кончать разговор, не пойти ли нам всем в гостиницу? И раз уж вы уезжаете, мистер Пуанзет, не зайдете ли вы с супругой помириться и попрощаться с миссис Конрой? Ребеночка кстати посмотрите — он такой крохотный! Вы просто ахнете, мистер Пуанзет, до чего он похож на меня!..