Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние
- Автор: Кирнос Степан Витальевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние». Краткое содержание книги:
По-видимому, это место было давно заброшено и покинуто и Азариэль зреет это. Но в тоже время он ощутил такой покой и мир на душе, которого давным-давно не знал, ему показалось, что все тревоги этого мира отпустили его и он готов встретиться с вечностью, легко воспарив духом.
У мраморного алтаря Азариэль заприметил сгорбленную фигуру, согнутую в молитвенном коленопреклонении. Парень не хотел нарушать молитвы этого монаха, но любопытство взяло верх.
– Где это я? – спросил Азариэль, сблизившись с незнакомцем.
Молящийся поднялся, и зашуршали его одежды – чёрный подрясник, окутанный такого цвета рясой с большим капюшоном. Азариэль увидел нижнюю часть человеческого лица – чёрно-седая борода на широком подбородке, глаза же теряются во тьме капюшона. Спустя пару секунд томного молчания раздался тихий, но крепкий сухой голос:
– Это очень древнее строение. Раньше тут был монастырь посвящённый Единому. Это юг Коловианских гор.
– Кто вы? – удивлённо спрашивает Азариэль.
– Я – ревнитель исповедания, разделяющий веру предков и верую в Единого. Что тебя привело сюда, странник?
Азариэль полон мыслей, и спустя долгое время он не испытывает тревог и лёгкость, покой поёт на сердце, как будто он стоит в преддверии родного дома. Внутри, душой, он понял, что Некто вёл его всю жизнь, сквозь битвы и горе, сквозь падение и поднимая со дна печалей. Когда у Азариэля не было сил идти, Он нёс его на руках и давал новых, чтобы долгий и трудный путь был завершён. Все отступления от света и присяги тьме нуждаются в отпущении, всякая трудная стезя, дорога смертной тени, где плач и стон, вой и побоище, искушение и грех вступают в противоборство с негаснущим священным светом, чтобы быть правильно завершённой должна быть окончена в покаянии. Таков смысл. Азариэль вспомнил, сколько раз падал за свою жизнь в беззакония, и неожиданно ему захотелось излить душу, показать свои язвы духовные. Азариэль полон сожалений и не только за преступления. С болью он вспомнил, что так и не спросил Ремиила об избраннице, не может быть с Лирой, подверг опасности Аквилу, оставил Ариана и Тилиса от справедливого боя.
Ревнитель Единого смиренно и долготерпимо взирает на Азариэля, пока в нём бушует духовный шторм. Его не волнует сшибающий запах перегара, вместо этого служитель Единого полон мира и любви к тому, кто пришёл в эту часовню. Он знает насколько бывает труден путь, ведущий к отпущению всего того, что тянется по жизни прицепившись к душе ядовитым паразитом.
– Долгий путь… – тяжко выдохнул Азариэль, едва ли не задыхаясь от сдавившего грудь волнения, с содроганием душевным он понимает, что пришло время и с дрожью говорит, несмотря на то, что слова готовы увязнуть в горле. – Я хочу покаяться.
– Пойдём, – сказал мужчина и повернулся к алтарю, и еле шевеля ногами, Азариэль поплёлся за священнослужителем, неуверенно ступая к алтарю.
Без слов Азариэль понял всё и, преклонив колени перед алтарём, склонил главу, ощутив, как всё то, чем он жил раньше, все идеи и догмы стремительно рассеиваются, всем сокрушённым сердцем он ощутил жизненно необходимую нужду в покаянии.
– Расскажи о том, что совершил, – попросил нордлинг и накрыл правое эльфа своей рукой, словно его приобняв. – Расскажи, что гложет твою душу и Единый подскажет, как это можно исправить.
Слова полились вместе с градом слёз, расчертивших влажными дорожками грязное лицо, а сердце неистово затрепетало, когда слова сокрушения покинули уста:
– Я повинен во многих беззакониях. Убивал, грабил, побивал невинных, пьянствовал, – Азариэль задержал дыхание, чтобы собраться с силами. – Служил злу, в лице Ситиса, нарушал клятвы, воровал, язычествовал, говорил слова брани, смел возгордиться, желал зла ближнему…
Верующий в Единого смиренно выслушал всю вереницу прегрешений Азариэля, не осуждая, и когда парень закончил, уверенно вопросил:
– Ты каешься за свои грехи?
– Каюсь, – с облегчением, словно сбросив гору с плеч, вымолвил Азариэль, чувствуя, как тернистая боль немного отошла; а мужчина над ним что-то произносит, святые слова, но мысли Азариэля настолько освободились, что он их не может различить.