Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.

Демократическое правительство Германии отказалось вновь пойти путем обесценивания марки, как это сделала Великобритания в 1931 г. со своей собственной валютой. Этот отказ был, возможно, результатом не столько экономических причин, сколько психологических. Террор, рожденный инфляцией 1923 г., еще не был забыт. Существовали даже политические группы, процветавшие на инфляции и боровшиеся за ревальвацию. Правительство попыталось остановить утечку валюты, ужесточив законодательство о контроле за иностранной валютой.[718] Теперь требовалось разрешение на оплату импорта, иностранных услуг, амортизации и процента по внешним долгам.

Новое валютное законодательство, конечно же, касалось и внешней торговли. Органы, контролирующие валюту, уже имели полномочия контролировать поток импорта, а таким образом и распределение сырья.

Это была ситуация, когда национал-социализм пришел к власти. Проблема репараций исчезла, но дефицит в главных платежах был все еще тяжелым. Ему еще могли противостоять излишки экспорта Германии приблизительно в 1 000 000 000 марок, но было сомнительно, будут ли эти излишки экспорта сохранены. Девальвация марки национал-социализмом исключалась еще в большей степени, так как национал-социалистическая пропаганда жила в течение многих лет обвинением демократических партий как ответственных за инфляцию 1923 года. Новый режим начался с моратория на перечисление платежей, за которым последовал полный мораторий в 1934 г. Немецкие должники должны были выплатить свои международные обязательства в обменную канцелярию по внешним долгам, которая по своему усмотрению могла уже делать платежи иностранным кредиторам. Только Reichsbank и обязательства, являвшиеся результатом приостанавливающих выплаты соглашений, были исключением, хотя определенные уступки время от времени оказывались той или другой стране-кредитору. В то же самое время контроль за иностранной валютой был передан специальному учреждению до тех пор, пока 24 сентября 1934 г. новый план Шахта не вошел в действие, и манипуляции иностранной валютой не стали полностью функцией внешней торговли. Наблюдательные советы, а позже Reichssiellen контролировали поток импорта. Была создана клиринговая канцелярия, многие обязательства были отменены. Посредством ловкой манипуляции акциями и облигациями приостановленные долги были в значительной степени сокращены (до 4 100 000 000 марок в феврале 1933 г.), в то время как последующие приостанавливающие выплаты соглашения и законодательство о валюте ужесточили контроль и закрыли существующие утечки.