Революция 1917 года глазами современников. Том 3 (Октябрь 1917 г. - январь 1918 г.) [FineReader 14]

Что значили публикации Троцкого? В них нет ничего, что не было бы ранее известно, а при полной безграмотности, с которой осуществляется обнародование документов, даже тем, кто не следил за внешней политикой, эти документы конечно, ровно ничего не говорят. Но дело не в этом. С Россией, которая существовала до Троцкого, и которая будет существовать после

Троцкого, велись переговоры и заключались соглашения, причем было условлено, что обнародование этих переговоров и этих соглашений совершится только с общего согласия участников. Пришел Троцкий, объявил, что до него России не было и что после него ее не будет, залез в чужой карман и снес в газету найденные там чужие письма. Ничего другого не произошло, и громкие заявления о «разоблачении тайн» и прочий словесный покров из плохого бульварного романа, в который дело облекли еще предшественники Троцкого, ни в какой мере простой и непосредственной наготы публикации не скрывают. Из этого, весьма простого и весьма несложного, факта вытекают столько же простые и несложные последствия: совершенно очевидно, что с виновниками публикации нельзя иметь дело всем тем, кто до того «упрощения» отношений, до которого дорос Троцкий, еще не дошли.

К сожалению, в действиях Троцкого, кроме отсутствия самой элементарной культурности, обнаруживается еще и прямая злая воля. Она особенно характерна в ноте английскому послу и свидетельствует о намерении, во что бы то ни стало, добиться разрыва с союзными посольствами.

Я не знаю, почему Троцкий думает, что так выгодно и хорошо то одиночество, лицом к лицу с врагом, к которому он с такой злобностью стремится. Я боюсь, что в его действиях скрыто нечто иное, чем простая мегаломания, вызванная у большевиков завоеванием нескольких комнат в Смольном институте и возможностью печатать в «Правде» весь вздор, который им придет в голову. Союзникам не стоит, конечно, бороться с этой упрямой и тупой «провокацией»: после того как Ленин объявил государственное банкротство России особенно удобным средством борьбы за свою программу, нет, конечно, тех слов, которые могли бы вообще произвести на «народных комиссаров» какое-либо впечатление.