Сердце Дракона. Неблагое дело. Война сынов [сборник litres]

У лифта его встретили два охранника и полицейский в форме. Коп выглядел раздраженным. Должно быть, он думал, что никто не заинтересуется старыми кусками пергамента настолько, чтобы устроить проблемы. Сильно же он заблуждался.

– Я на аукцион, – сказал Сэм, понимая, что говорит то, что и так очевидно.

Похоже, из-за этого события перекрыли весь этаж. Перпендикулярно лифтам стоял стол, блокируя вход в коридор, за столом сидел полицейский.

– Ваше имя? – скучающим голосом спросил он.

– Боб Сингер, – ответил Сэм. – Возможно, записано «Роберт», – и, встретив мрачный взгляд полицейского, добавил: – Но вы, наверное, и сами догадались.

– Ага, – ответил полицейский. – Спасибо.

Сэм сделал шаг к номеру, но тут на плечо ему легла рука. Это был один из охранников – тот, что выглядел довольно неопрятно, так, будто не спал неделю. Не успел Сэм и слова сказать, как охранник прищурился и понюхал воздух вокруг него. «Как собака, – подумал Сэм. – Жутковато».

– Джеймс, какого черта? – спросил второй охранник, несколько снизив напряжение.

– От него пахнет смертью, – поморщившись, ответил Джеймс.

Сэм приготовился к скандалу, но Джеймс улыбнулся и принялся обыскивать его, проверяя, нет ли спрятанного оружия.

«Всё еще жутковато».

Стараясь не встречаться с Джеймсом глазами, Сэм повернулся и взялся за ручку дверей президентского номера. Кажется, теория Дина про человекопса подтверждалась…

– Ваш кейс, сэр! – окликнул его второй охранник.

– А что с ним?

– Мы не требуем, чтобы вы его открыли, но вы должны оставить его за пределами номера. На время аукциона «Уолдорф-Астория» берет на себя полную ответственность за его содержимое.

«Великолепно, – подумал Сэм. – Если только они не заинтересуются тем, что внутри».

Вручив кейс сидящему за столом полицейскому, он вошел в президентские апартаменты. На стенах коридора висели картины, а сам номер был роскошнее любого из тех, в которых доводилось жить Сэму. Хорошо, что он изучил светокопии, а то был бы слишком восхищен, чтобы сосредоточиться.

Справа находилась хозяйская спальня. «Там однажды будет спать Кеннеди, а потом и Обама». Слева – маленькая столовая, а в ней – столовые приборы из серебра, хрустальные бокалы. В номере была даже отдельная кухня, и Сэм не мог не представить на секунду, как Билл Клинтон роется ночью в холодильнике в поисках оставшихся с вечера ребрышек. Напротив двери находилась гостиная. Там, под светом люстры, стояли люди и негромко разговаривали.

«Остановка симпатичнее, чем у нас обычно бывает», – подумал Сэм.

Из всей группы он узнал только Бенджамина Шохата, помощника мистера Фельдмана. Войдя в помещение, он увидел на столе в центре несколько глиняных кувшинов.

– Добро пожаловать, мистер Сингер, – проговорил Шохат, слегка улыбнувшись. – Я так рад, что вы смогли прийти. Позвольте представить вас моему работодателю.