О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью
- Автор: Кеслёвский Кшиштоф, Дорман Олег Вениаминович
- Язык: русский
- Год: Corpus
- ISBN: 978-5-17-115892-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Анка отстраняется от Михала, хотя продолжает обнимать его за плечи.
АНКА. Ждал…
МИХАЛ. Я так не думал… Не знаю.
АНКА. А я знаю. Так было.
МИХАЛ. Не знаю.
АНКА. Я знаю. Я – не твоя дочь… И уже взрослая.
Михал не отвечает. У него измученное грустное лицо.
АНКА. Хочешь до меня дотронуться?
Берет руку Михала и кладет себе на шею.
АНКА. Хочешь?
Медленно передвигает поначалу безвольную руку Михала вниз, вдоль пуговичек на блузке, потом направляет ее к груди. Михал удерживает руку, Анка тянет все сильнее, но и сопротивление Михала усиливается. Наконец он вырывает руку.
МИХАЛ. Ложись спать.
Отстраняется, пропуская Анку. Она медленно проходит мимо него. Подходит к телевизору, оборачивается.
АНКА. Ты хотел посмотреть слалом.
МИХАЛ. Не хочу.
Анка включает телевизор. С огромной горы летит вниз спортсмен. Слышен скрип лыж на поворотах. Звук очень громкий. Анка выходит.
МИХАЛ. Анка! Выключи!
Говорит обычным, спокойным тоном. Анка выключает телевизор.
Тишина.
АНКА. Хорошо. Еще только один вопрос…
МИХАЛ. Один.
АНКА. Почему ты хотел, чтобы я прочитала письмо?
МИХАЛ. Потому, что хотел невозможного. Иди спать.
Утро. Михал, одетый, как накануне (возле кровати со вчерашнего вечера горит ночник), стараясь не шуметь, поднимает трубку. Ищет номер в записной книжке, набирает массу цифр, говорит, не повышая голоса.
МИХАЛ. 46 417? Зелена Гура? Анджей? Я тебя не узнал… Да, давненько… Нет, ничего. У меня к тебе… скажем, дело… Нет времени позвонить просто так… Жизнь такая, ты прав… Вот именно. Не удивляйся: я хочу к вам приехать… Нет, больше… еще больше. Насовсем… Точно, какую-нибудь работу. Хорошо бы снять комнату или квартиру… Я могу преподавать в школе, ну конечно могу… И в деревне тоже, если будет жилье… Нет, один.
Анка просыпается, встревоженная и удивленная: она не понимает, почему ей так тревожно, но через секунду начинает понимать. Тихонько идет на кухню. На столе молоко, масло в масленке, сыр и несколько свежих булочек. К бутылке с молоком прислонен плюшевый медвежонок панда. Анка берет его, гладит, и вдруг рука ее замирает. Встав, Анка заглядывает в комнату к отцу. Пусто. Нет ни Михала, ни рюкзака. Подбегает к окну: опять прекрасное весеннее утро. К автобусной остановке, сгибаясь под тяжестью рюкзака, идет Михал.
АНКА. Папа!
Михал продолжает идти.
АНКА. Папочка!
Михал приостанавливается, оборачивается.
Анка, не дожидаясь лифта, бежит по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.
Михал стоит с рюкзаком. Запыхавшаяся Анка останавливается в двух шагах от него.
АНКА. Папа…
Михал не отвечает.
АНКА. Я соврала.
Михал молчит.
АНКА. Я не читала письма, даже не открывала. Оно лежит у тебя в тумбочке.
По аллейке между домами идет молодой человек с белой лодкой на спине.
АНКА. Я сама написала то, что тебе прочла… тогда, в аэропорту. Увидела мамин почерк на конверте и написала – сама себе.
Михал снимает рюкзак. Замечает молодого человека с лодкой. Зрелище странное, и Михал невольно смотрит в его сторону. Это тот самый человек, который в первой новелле сидел у костра, во второй появился в коридоре больницы в голубоватом халате и будет появляться постоянно.
АНКА. Папа… Что у мамы в письме?
МИХАЛ. Не знаю.
Опять смотрит на человека с лодкой. Анка прослеживает за его взглядом.
АНКА. Там, кажется, что-то написано? На лодке…
МИХАЛ. Да.
АНКА. Что? Я без очков…
МИХАЛ. Гон… гондола.
АНКА. Я знаю, что мы сделаем.
Анка (все еще в ночной рубашке, поверх которой наброшено пальто) выдвигает ящик тумбочки и достает желтый конверт, письмо, которое она сама написала, и, наконец, настоящее письмо, в заклеенном конверте.
АНКА. Поможешь мне?
Михал кивает. Они идут в ванную, Анка открывает крышку унитаза, достает из кармана пальто спички. Первая не загорается, вторая тоже, Анка протягивает коробок Михалу. Михал зажигает спичку и ждет.
АНКА. Сюда…
Михал подносит спичку к конверту. Огонь медленно охватывает письмо, несколько сложенных листков горят дружно. Над унитазом порхают черные лепестки. Огонь достигает уголка, зажатого в Анкиных пальцах. Она выдерживает, сколько может, а когда начинает кривиться от боли, Михал гасит слабеющее пламя. В руке у Анки остается клочок бумаги. Она его расправляет. Несколько букв, написанных округлым женским почерком: “Дорогая дочь…” – дальше письмо обуглено. И два слова на первой строчке: “Я должна тебе…” Это все.