Прекрасный Старый Мир

— До завтра, только один момент, господин Суторум, — коварно улыбнулся я. — Послушайте мою с начальством беседу, — на что собеседник. недоумённо нахмурившись, кивнул.

На том и распрощались. Специально обученный погонщик самоката доставил нас в хоромы, где, оставшись вдвоём, Мила бросилась мне на шею.

— Ормондушка, ты аккуратнее будь, страшно, — признала моя овечка.

— Вариантов не было, — пожал плечами я, осуществляя " антисоглядатайное " воздействие. — В этом бардаке заокеанском, никому ничего кроме денег и не надо. А если и надо — так не признаются. Скинули нас на Суторума ентого. Вроде бы и самый заинтересованный, так и ему «вроде интересно». А на деле думал, как бы от нас отделаться, судя по физиономии. Ну а про дуэльки их ты и сама читала. Либо его на конфликт вывести, ну и потом уже как «свой» говорить, либо посольство нынче же закончилось бы, безрезультатно, — подытожил я.

— И всё одно аккуратнее будь, — применила неотразимый аргумент подруга, на что я согласно покивал.

Да и задумался. Тяжело будет с этим Морсгентом работать, да и вообще в Полисе сем: у них психология «однодневок», живи одним днём. Впрочем, ряд психологических особенностей на сотрудничество, причём добросовестное, даёт надежду.

Ну и обеспечив эфирную безопасность, использовал я служебный эфирофон, пока разница во времени мой вызов не сделал невозможным. Ожидание затянулось на десяток минут, после чего скрип Остромира потаповича раздалось из динамика:

— Это вы, Ормонд Володимирович? — осведомился академик. — Как дела ваши?

— Я, Остромир Потапович, здравия вам, — отозвался я. — А дела у нас довольно неудобные.

Ну и просветил внимательно слушающего собеседника в текущие реалии Новой Пацифиды вообще, ну и академические расклады в частности.

— И могу вам сказать, что данные сии идут лишь со слов Морсгента Суторма. Но, учитывая мандаты и его положение, скажу вам так: либо всё мной сказанное реальность, либо Новая Пацифида в сотрудничестве категорически не заинтересована, переговорщика негодящего выставив, — заключил я.

— Да-а-а, — протянул старик. — Разумно. Хотя вероятность недобросовестного исполнителя вы полностью исключаете?

— Вообще не исключаю, — ответил я. — Вот только полномочия и мандаты высшего уровня. Скажем так, в поголовную глупость и слепоту местных политиков и академической верхушки, я не верю.

— Хм, — похмыкал Остромир. — Думаете, посольство неосуществимо?

— Осуществимо, но надобно несколько сменить формат его сменить, — ответствовал я. — Я слова сего Морсгента проверю, в меру сил, но думается мне, что всё так, как он сказал. А в этом разе, нужно сотрудничать как раз с ним и этой Энергетической Кафедрой.

— Тогда проверьте, Ормонд Володимирович, — одобрил мои планы Остромир. — А там поступайте по разумению, в рамках узнанного. И связывайтесь, по мере необходимости, — дополнил он.