Электронная книга - «Избранные произведения в одном томе». Краткое содержание книги:
Американец Джек Макдевит работает в жанре фантастики с 1981 года. Он автор более чем двадцати романов, часть из них составляют циклы, объединенные одними героями и единой темой — контактом с внеземными цивилизациями. Лауреат нескольких престижных премий в области фантастики, в том числе Мемориальной премии Джона Кэмпбелла и премии «Небьюла». Традиционные темы писатель удачно сочетает с новизной стиля и динамичным, острым сюжетом. Его романы всегда интересно читать. Это та самая классика приключенческой фантастики, к которой снова и снова обращаются новые поколения читателей. Содержание: Послание Геркулеса Звездный Портал Берег бесконечности АЛЕКС БЕНЕДИКТ: Военный талант Полярис Искатель Око Дьявола Эхо Жар-птица Возвращение КОСМОАРХЕОЛОГИ: Двигатели Бога Обреченная Чинди Омега
— Эй, я голодна, как волк! У вас тут какой-нибудь сандвич не завалялся?
Макс достал ей из холодильника сандвич с ростбифом и пепси. Эйприл развернула сандвич и откусила изрядный кусок.
— Ты здорово смотрелась, — заметил Макс.
— Спасибо. — Ее губы изогнулись в улыбке. — Я чуточку волновалась.
— По тебе не скажешь, — соврал Макс, потому что она нуждалась в поддержке.
Кто-то постучал. Ласкер откинулся на стуле и выглянул в окошко. Потом открыл дверь, впустив седовласого, худого, но невероятно высокого мужчину.
Посетитель взглянул на Эйприл в упор, как на врага:
— Доктор Кэннон?
— Да. — Она с вызовом посмотрела на него. — Чем могу служить?
Пришедший буквально источал холодную ярость. Его редеющие, подстриженные бобриком волосы агрессивно топорщились. Подернутые влагой глаза прятались за линзами бифокальных очков — похоже, давно нуждающихся в замене на более сильные. Он скользнул взглядом мимо Ласкера и Макса, будто те были пустым местом.
— Моя фамилия Эйхнер. Я заведующий кафедрой археологии в Северо-Западном. — Он посмотрел на Эйприл с высоты своего роста; судя по тону, свое моральное превосходство он ставил еще выше. — Как я понимаю, это вы распоряжаетесь этим… — он помолчал, — …мероприятием?
Тон его был полон снисходительности. Эйприл не спускала с него глаз:
— По какому вы делу, доктор Эйхнер?
— Мое дело — сохранение прошлого, доктор Кэннон. Простите за банальность, но эта находка, это бог весть что, откапываемое вашими людьми, может представлять громадную ценность.
— Мы знаем.
Он бросил ледяной взгляд на Макса — дескать, попробуй-ка возрази!
— Тогда вы должны знать, что существует изрядная вероятность повреждения, а следовательно, и невосполнимой утраты. Все идет совершенно бесконтрольно. На раскопках нет ни одного профессионала.
— Вы имеете в виду профессионального археолога.
— А кого ж я еще могу иметь в виду?!
— Как я понимаю, — встрял Макс, — вы претендуете на это место.
— Откровенно говоря, — Эйхнер по-прежнему обращался к одной лишь Эйприл, — я чересчур занят, чтобы заниматься полевыми изысканиями. Но вы просто-таки обязаны пригласить сюда кого-нибудь, знающего толк в своем деле.
— Однако, доктор Эйхнер, — возразила Эйприл, — мы работаем с предельной осторожностью.
— Предельная осторожность дилетанта — это звучит малоубедительно. — Он достал буклет с надписью «Национальная ассоциация археологов» и протянул его Эйприл. — Я предлагаю вам позвонить в любой университет с приличной кафедрой. Или в Комиссию по древностям. Ее номер на второй странице. Они с радостью помогут вам подобрать кого-нибудь.
Эйприл не шевельнулась, и он швырнул буклет на стол.
— Я не могу помешать тому, что вы тут вытворяете. И очень жаль. Будь такое возможно, я бы положил этому безобразию конец сию же секунду. Поскольку такой возможности у меня нет, я взываю к вашему разуму.
— Спасибо. — Взяв буклет, Эйприл не глядя бросила его в сумочку.
Эйхнер посмотрел на нее, потом на сумочку:
— Я говорю вполне серьезно. Вы несете профессиональную ответственность. — Распахнув дверь, он пожелал всем здоровья и удалился.
Добрую минуту царило молчание.
— Наверно, он прав, — подал голос Ласкер.
— Нет, — покачал головой Маке. — Ни на грош. Кафедра археологии в Северо-Западном знает о подобных раскопках ничуть не больше нашего.
— Я согласна, — поддержала его Эйприл. — Тем более что Шлиман был дилетантом.
— Помнится, я где-то читал, — заметил Ласкер, — что в Трое он жутко напортачил.
Сбывалось все, на что Эйприл возлагала надежды. Она сделала открытие века и, пожалуй, увековечила себя. В один прекрасный день Эйприл Кэннон окажется среди гигантов науки. В этом ей уже ничто не может помешать. Она пока толком не поняла, что же открыла, но в эпохальности открытия сомнений нет.
В тот же вечер о находке говорили по всем каналам, уже всерьез, не поминая о сезоне помешательств. «Час новостей с Джимом Лерером» показал ряд химиков, почти единодушно сходившихся в том, что где-то была допущена ошибка или произошло недоразумение.
— Но, — сказал Алан Наримото из Миннесотского университета, — если доктор Кэннон права, это открытие неоценимой значимости.
— Как это? — спросил Лерер.
— Если на время забыть о нашей исходной посылке и представить, что мы сумеем воспроизвести процесс производства этого элемента… — Наримото покачал головой и повернулся к коллеге Мэри Эспозито из Университета Дюка, подхватившей эстафету.
