Если любишь - солги
- Автор: Калинина Кира
- Год: 2019
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Если любишь - солги». Краткое содержание книги:
Фалько гладил мне плечи, а я словно плыла куда-то или падала. Прибой становился сильнее и жарче, но мир был недвижим, как жучок в капельке смолы: он ждал, когда я подтолкну его, заставив вращаться, он давал мне решить самой...
Я заставила себя высвободиться из объятий и повернулась к Фалько спиной.
— Помоги мне!
Всего три пуговки. Я застегнула их без труда и так же легко могла расстегнуть. Но проще оказалось позволить Фалько раздеть себя, чем раздеться самой под его взглядом. Намного проще. А ещё — чуть-чуть стыдно, капельку страшно и приятно… очень приятно. Каждое его прикосновение было именно таким, как мне хотелось, я тонула в нежности и знала, что не стану его останавливать, как бы далеко он ни зашёл… Потому что не хочу останавливаться!
Фалько обнял меня обеими руками, мягко притянул вплотную к себе и сам прижался всем телом. Я поняла, что он тоже полностью раздет — и когда успел? Странно и волнующе было чувствовать друг друга всей кожей, всем естеством, без прослойки одежды, без препятствий и помех. Закрыла глаза, впитывая это ощущение каждой порой и слушая, как быстро, горячо стучит в груди.
Фалько отстранился, взял меня за руку и повёл навстречу пенному прибою. Океан подхватил нас могучей рукой. Мы качались на волнах, смеялись, барахтаясь на мелководье, и осторожно изучали друг друга, объятые прозрачно-бирюзовой прохладой. Остатки моей стыдливости канули на белое песчаное дно.
Но игры не могли длиться вечно. Мы оба налились жаром и тяжестью, и вода не хотела нас больше держать.
— Вдохни, — шепнул Фалько.
Моря не стало, мы очутились на суше, и под моей спиной расстелилась густая трава — мягче любых перин. Над головой трепетали оливы, их кроны бросали пористую, как сито, тень на плечи Фалько, кожа его была влажной и солёной, а губы жгучими, жадными, и я горела вместе с ним…
Воздух подёрнулся золотой дымкой, Фалько замерцал, исчез и появился снова, а я на долгий миг зависла в невесомости, как бесплотный дух.
Потом всё вернулось — и голубое небо, и зелень листвы, и тяжесть наших тел. А где-то близко волны бились о скалы, качались тени, плясали солнечные блики, стук наших сердец заглушал трели птиц, и весь мир дышал с нами в унисон...
Потом мы лежали рядом, целовались лениво и улыбались друг другу.
Он сказал:
— Верити.
Я сказала:
— Скирон.
Он слегка нахмурился, качнул головой.
— Фалько мне нравится больше. Нам ведь мажи имена дают, не родители. На Кошачьей горе я Скирон. Есть ещё несколько имён для работы, и ни одно я не выбрал сам.
Я погладила его по щеке, пытаясь представить себе эту холодную казарменную жизнь, в которой не было места уюту, привязанности, семейному теплу и праву выбора как таковому. Представить — и понять, как он сумел стать и остаться человеком, способным на доброту и любовь.
— ...А сейчас выбираю, — на лицо Фалько вернулась улыбка. — Имя, которое дала мне ты.
Он задержал мою руку, повернул голову и прижался губами к ладони.
Глаза защипало, и я зачем-то начала объяснять, как придумала назвать его Фалько, попыталась свести всё к шутке — и замолчала на полуслове, боясь, что он обидится.
— Опереточный герцог? — Фалько рассмеялся весело, от души. — Отдавший сердце даме-под-вуалью? — а это уже тихо-тихо, не отрывая тёмных, искрящихся глаз от моего лица и перебирая пальцами волосы, должно быть вконец растрёпанные. Словно это и была вуаль, под которую он наконец заглянул. От мягких прикосновений, от взгляда, проникающего вглубь души, кожа начала гореть.
Фалько вдруг помрачнел.
— Только не лги больше. Ни ради меня, ни ради континента. Думал, я не догадаюсь? Когда справедливая королева лжёт, ложь становится правдой. Но эта правда слишком дорого стоит. Слышишь, Верити. Не смей жертвовать собой!
Дыхание перехватило. Внутри поднялась волна тихого счастья.
— Я серьёзно, — он притянул меня к себе. — Ты сделала меня магнетиком, а обычный лесной ручей — источником силы. Двух раз достаточно. Больше не надо.
— Двух? — выдохнула я.
К горлу подкатил ком. У счастья оказался горький привкус.
— Двух, только двух, — его губы легко касались моих век, в голосе звучала улыбка. — Ты думала, что заставила меня влюбиться? Глупая. На это даже твоих чар не хватит.