Луна и солнце [The Moon and the Sun]
- Автор: Макинтайр Вонда Нил
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Азбука, Азбука-Аттикус
- ISBN: 978-5-389-09582-3
- Переводчик: Софья Ардынская
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Луна и солнце [The Moon and the Sun]». Краткое содержание книги:
«Луна и солнце» Вонды Макинтайр — это необыкновенно живописное, яркое и стремительное повествование, соединяющее в себе научную фантастику, фэнтези и любовно-исторический роман, чей исторический пласт выписан весьма тщательно. Автор мастерски воссоздает картину жизни Франции семнадцатого века, когда невиданная роскошь соседствовала с нищетой, свобода нравов то и дело оборачивалась инквизиторской жестокостью, а наука и просвещение уживались с самыми дикими суевериями.
В 1997 году роман «Луна и солнце» был удостоен сразу двух литературных премий — «Небьюлы» и Интергалактической премии за лучший роман.
— Вы внебрачный сын его величества… Значит, ваша сестра — его внебрачная дочь!
Мадам Люцифер наконец освободила руку из складок его одежд. Мадемуазель д’Арманьяк расхохоталась. Обе они принялись преследовать его, точно фурии.
— Всем известно, — не отступала мадам Люцифер, — что его величество устраивает подобные празднества только в честь своих фавориток. Вы же не станете этого отрицать.
Пятясь, спотыкаясь и тщетно пытаясь спастись, Ив лицом к лицу столкнулся с папой Иннокентием и его кардиналами. Если папа был мрачен, то, увидев Ива, окончательно вышел из себя.
— Ваше святейшество… я… я…
— Ступайте в часовню, сын мой, — велел папа Иннокентий, — и предавайтесь размышлениям о сущности греха.
— Отец де ла Круа!
Навстречу Иву шествовал его величество. За ним следовали его карусельные отряды, кавалерия всех времен и народов, облаченная в самые причудливые костюмы. Король в римских доспехах сверкал бриллиантами и рубинами стоимостью миллионы ливров. Пышные белые перья, словно мантия, ниспадали ему с гребня шлема на плечи и спину. Когда он впервые появился на публике в роли Цезаря Августа, ему было двадцать восемь лет. И сейчас король казался не старше.
Его величество взял Ива за плечи и обнял на глазах у всей своей кавалерии, всех придворных, всех иностранных монархов, всех князей Церкви.
— Займите место справа от меня, сын мой.
— В часовню, — повторил Иннокентий, — и особенно поразмыслите о грехе гордыни.
Ив сделал шаг к его величеству.
Но тут, за воротами, он заметил Мари-Жозеф: она стояла возле серой в яблоках лошади и, подняв голову, глядела на графа де Кретьена. «Едва ли она смогла бы глядеть на него снизу вверх в других обстоятельствах!» — подумал Ив, но тотчас догадался, в какой еще ситуации она могла бы так на него смотреть. Мари-Жозеф дотронулась до ладони Кретьена. Тот поднес ее руку к губам и надолго задержал в своей, не желая отпускать, как это обычно бывает с влюбленными. Потом он ускакал во тьму. Мари-Жозеф заторопилась прочь и скрылась из глаз.
— Отец де ла Круа! — позвал папа Иннокентий.
— Пойдемте со мною, — позвал его величество. — Поужинайте. Мне по душе мужчины со здоровым аппетитом.
— Я… Простите, ваше величество! — взмолился Ив. — Я обязан повиноваться его святейшеству.
Он бросился со двора и исчез во мраке.
Как ни пыталась Мари-Жозеф ускользнуть в тень, за ее спиной все равно слышались шаги. Спрятаться за апельсиновым деревцем в придворном роброне было невозможно. Преследователь вырос перед нею, грозный и неумолимый.
Брат схватил ее за плечи, уставившись на нее безумным взором: волосы у него растрепались, ряса расстегнулась. На груди у него висела массивная медаль, запутавшись в цепочке распятия.
— Ив?
— Эта связь тебя погубит! — вскричал он.
— Какая связь?
— Он околдовал тебя?
— Кто? О чем ты? Ты же не веришь в колдовство.
— Этот коварный атеист…
— Граф Люсьен лишь вразумлял, наставлял и просвещал меня. Как ты можешь обвинять его в таких мерзостях?!
— Он развращает женщин…
— Я не видела от него ничего, кроме добра. Я восхищаюсь им…
— …и обольстит тебя, если уже не обольстил!
— …и люблю его. Если он предложит мне стать его любовницей, я немедля соглашусь!
— Ты такая же распутница, как наша мать!
— Да как ты смеешь?! — воскликнула Мари-Жозеф. — Наша мать? Ты лишился рассудка?
— А ты лишилась добродетели? Наверняка как наша мать: король соблазнил ее и зачал и меня, и тебя…
— Ив, ты просто смешон.
Он перестал бредить, и в его глазах забрезжила надежда. Если бы не его замешательство и растерянность, Мари-Жозеф подняла бы его на смех.
— До моего рождения мама и папа прожили на Мартинике два года! Неужели король мог тайно пересечь Атлантику и неузнанным проникнуть в Фор-де-Франс?
— Но я-то родился во Франции.
— Это правда, — сказала Мари-Жозеф.
— Король признал меня.
Ив не выдержал и разрыдался.
— Он открыл позорную тайну моего рождения всему миру, его святейшеству, всем. А мадам Люцифер уверяла, будто ты наложница Кретьена, и внебрачная дочь короля, и… и…
— И?.. Ну скажи, скажи!
— И его любовница.
— Граф Люсьен неизменно относился ко мне с уважением. Его величество ни разу не оскорбил меня ни вольным словом, ни непристойным жестом. — Она порывисто обняла Ива, исполнившись сострадания. — Брат, дорогой мой, я все поняла теперь… Как же мне тебя жалко!
Она с трудом удерживалась от смеха. «Так вот почему придворные дамы поднялись с мест, завидев меня, — подумала она, — вот почему мадемуазель д’Арманьяк, подражая мне, стала носить в прическе павлиньи перья!»