Отныне и в Вечность

Шульц с Лансом, конечно, не плакались, но головами качали с очень даже большим унынием.

– Что делать, ума не приложим, – пожимал плечищами Шульц. – Диверсии со взрывами хороши именно как диверсии. В серьезном сражении они малоэффективны. При грамотной работе экипажа удастся уничтожить один – два отсека трансформера, а это для любого крейсера, если и не булавочный укол, то, как вы понимаете, совсем не решение задачи. Тем более что два даже полуразбитых трансформер-шипа могут рекомбинировать друг с другом и создать настолько боеспособную боевую единицу, что никому мало не покажется. Ну, а что касается Разрушителя и прочих дредноутов, протащи мы в него хоть атомную бомбу, команда корабля такого класса успеет ампутировать и конвертировать от себя к чертовой матери взрываемый отсек прямо в момент взрыва. Я не шучу, – добавил он, увидав ошеломленные физиономии собеседников. – Времена обеих операций вполне сопоставимы. Спирос утверждает, будто теория конверсионной переброски взрывов сейчас лихорадочно разрабатывается военными теоретиками всех миров, и такие разработки уже на подходе. В принципе, возможно конвертировать взрываемый отсек прямо на вражескую планету. Это конвертирование аннигиляции невозможно теоретически, а обычные взрывы, хоть бы и атомно-водородные – да боже ж мой!

– Допустим, мы применим химическое оружие, – возвратил Ланс собеседников с высот теоретических эмпирей на грешную землю. – Скажем, введем в воздуховоды нервнопаралитический газ. Поставьте себя на место имперцев. Любой дурак первым делом предусмотрел бы возможность такой атаки и принял меры, а они, имперцы, совсем не дураки. Да и Рекс вряд ли согласится на такое оружие.

– Думайте, парни, думайте, – вздыхал Шульц. – Нужно что-то очень компактное и не сверхмощное, чтобы давало решающий перевес над численно превосходящим противником в ближнем бою. Такое, от чего не защищала бы рыбья чешуя, но и ущерб для окружающей техники чтобы был минимизирован… Мы сунулись к доктору Сальму, он говорит, что даже не знает, на каком принципе может действовать подобное оружие.

В общем-то, парни сразу поняли, почему и с чем именно спецназовцы к ним обращаются. Никто не ждал от них разработки новых оружейных систем. От них ждали озарения, от них ждали идею, на базе которой было бы возможно создание нужного оружия. Их считали неким промежуточным звеном между учеными и боевиками, все они были военные, но в то же время и оконтакторенные инты, то есть, в мозговитости практически не уступали яйцеголовым. Главное же – судя по роже нахального "юного дарования" – ждали от них этого не напрасно.

– Вы все в один голос говорите, что химическое оружие вице король отнюдь не разрешит, – с рожей повышенно постной скромности излагал Отнюдьнет, – а ничего другого даже наше прославленное светило науки доктор Сальм предложить не может. Но некоторые, которые хоть и отнюдь не светилы, все-таки соображают, что в химии помимо всяческих ядовитостей есть и другие, как бы это сказать, явления и процессы. Хоть бы и сверхбыстрое горение с выделением большого количества газов… которые газы могут с ба-альшой скоростью выталкивать из трубчатой железяки металлические корпускулы, или лучше сказать капсулы.