Грандиозная история музыки XX века

На записях, составивших компиляцию Birth of the Cool, играли два саксофониста, впоследствии также сделавшихся звездами кул-джаза, Джерри Маллигэн и Ли Кониц. Кониц был учеником Ленни Тристано: когда ему было пятнадцать лет, Тристано объяснил ему, что джаз это серьезная музыка[1450]. Кониц старательно и намеренно избегал всякого влияния музыкальной манеры Паркера, не желая превратиться в еще одного его эпигона, которых в сороковые годы было предостаточно; кроме того, он полагал, что партии Паркера напоминают паззлы, сам же он желал играть куда более пластично, будучи открыт разнообразным стилистическим влияниям[1451]. Спрошенный как-то, отчего он играет в таком мелодичном и «простом» стиле, как кул, он ответил: «Я пытался играть бибоп… но это было слишком сложно»[1452]. Это, разумеется, шутка, но шутка ироническая: в каком-то смысле Кониц избегал языка бибопа именно в силу его излишней усложненности. В его игре паузы были столь же значительны и важны, как и звуки, являясь неотъемлемой частью его музыкальной риторики: критика отмечала, что от его пауз создается ощущение, будто он едва удерживается от того, чтобы перестать играть вовсе[1453]. В 60-е годы он некоторое время увлекался находками авангардного и прогрессивного джаза, играл соло по сорок минут и использовал абстрактную фразировку в свободном метре и с весьма условной реализацией гармонии. Манера его игры и тон его инструмента повлияли на целое поколение саксофонистов, среди которых самым заметным был Пол Десмонд, долгое время работавший в составе коллектива Дейва Брубека и написавший одну из самых знаменитых джазовых композиции, Take Five[1454]. Инструмент Десмонда не имеет себе равных по певучести тона, приближаясь временами к чистоте кларнета (с игры на котором он начинал свое обучение), кроме него, сходным талантом обладал разве что Сидни Беше; подобное легкое, теплое звучание Десмонд прямо унаследовал от Коница.

Джерри Маллигэн играл на баритон-саксофоне – наиболее низко звучащем из всех «естественных» инструментов этого семейства – и считается самым влиятельным исполнителем на нем в истории джаза[1455]. В 40-е годы он получил известность, играя в оркестре Джина Крупы, бывшего барабанщика Бенни Гудмена, затем принял деятельное участие в создании музыки нонета Дэвиса. В 1951 году он организовал коллектив, в составе которого не было ни фортепиано, ни гитары, ни органа, то есть инструментов, в небольших группах «заполняющих» средний регистр: коллектив состоял из саксофона, трубы, контрабаса и барабанов и производил чрезвычайно необычное впечатление благодаря легкой, расслабленной, свингующей манере Маллигэна и приглушенному лирическому тону трубы, на которой играл Чет Бейкер; записи коллектива представляли собой образцовый кул-джаз и стали отправной точкой для ряда музыкантов, впоследствии развивших этот стиль[1456]. За свою продолжительную карьеру Маллигэн перепробовал множество составов и стилей и двадцать раз признавался журналом Down Beat лучшим исполнителем на баритон-саксофоне. У его инструмента был глубокий, теплый тон, и Маллигэн был способен играть в поразительно широком динамическом диапазоне, переходя от фортиссимо к тихим, но тщательно и безупречно отделанным пассажам. Он не любил, когда его называли представителем West Coast-джаза, однако без возражений соглашался, когда его классифицировали как музыканта кул-джаза. Опять-таки, по этому факту хорошо видно, что стилистические определения в музыке в гораздо большей степени связаны с социальным контекстом, нежели с какими-то имманентными музыке категориями[1457].