Время просить прощения [litres]

– Я ж не специально… – попытался извиниться я.

– Я тебе ноги сейчас вырву, не специально! – вновь огрызнулись на меня.

Но я был уже на свободном месте и тихонько пробирался к воротам, их я разглядел, было уже не очень темно, утро, скорее всего. Остановившись у выхода, начал крутить головой, разыскивая отхожее место. Вспоминая немногочисленные пребывания в камерах, ищу глазами бак или хотя бы ведро, оно всегда возле дверей. Но тут ничего такого не было. Блин, куда тут ходят-то?

Ответом на мои мысли оказался шорох сзади. Обернувшись, я увидел, как еще кто-то проделывает тот же путь, что и я. Неизвестный встал возле ворот и, вытащив прибор, помочился в щель между створками. Не успел я сделать то же самое, как в ворота с другой стороны ударили чем-то тяжелым. Звук не очень громкий, но стало страшно.

– Ссы быстрее, скоро придут! – пробасил неизвестный, что все еще стоял рядом.

– Кто? – не понял я.

– Немцы, конечно, – удивился неизвестный, – на работу поведут.

«Так я опять в плену, что ли?» – осознал наконец я.

Выдохнув, все же сделал я свое грязное дело, правда, под конец чуть не подпрыгнул от нового удара в ворота.

Когда полегчало, стало чуть веселее, голова начала соображать. Значит, поведут на работу? Надо попробовать заговорить с немцами, рассказать, что из будущего, думаю, можно их заинтересовать и получить что-то за это. А что? Да хотя бы уговорить, чтобы не трогали и дали спокойно жить, больше мне и не надо ничего. Думаю, я смог бы стать полезным. Если покопаться в памяти, глядишь, и вспомню чего, им это поможет, коммунисты проиграют войну, а я буду жить в Европе, в цивилизации! Мысли о хорошей и спокойной жизни взбудоражили мое воображение, и кажется, я даже начал улыбаться сам себе.

– Выходите! Быстрее, свиньи! – О, я опять понимаю, что говорят немцы.

Стоявшие возле открытых ворот два солдата с винтовками приказывали всем выйти и построиться. Вышел в первых рядах и застыл. Это был какой-то двор, ферма или что-то подобное, не знаю. Вокруг какие-то бараки, наподобие того, в котором я очутился ночью. Слышится собачий лай, какой-то шум ударов по железу. Зябко поежился, видимо, осень, холодно, под ногами жидкая грязь.

– Опять лопатой махать, – послышался шепот за спиной справа.

Чуть скосив глаза, увидел говорившего.

– Главное, чтобы недалеко погнали. Вчера что-то про мост говорили. Это плохо, туда топать два часа, все ноги стопчешь, пока дойдешь…

– Свиньи, ваши большевистские друзья разбомбили железнодорожные пути, их срочно нужно восстановить. Кто будет хорошо работать, получит еду, – проговорил еще один подошедший немецкий солдат. Кажется, званием выше, даже фуражка на голове.

– Господин офицер, мне нужно вам кое-что сообщить… – начал я.