Желание демона (СИ)

Совсем другое дело, если ты его разочаруешь, — на лице Велены расцвела дьявольская улыбка. — Представь себе ситуацию: ты много дней охотишься на понравившегося тебе оленя, выслеживаешь его, заманиваешь. В твоей крови кипит азарт. И вдруг этот самый олень выбегает прямо тебе навстречу и стоит неподвижно, дожидаясь твоего выстрела. Разве ты не будешь разочарована?

«Не вижу связи», — честно призналась Лиза.

— Мужчины очень любят женщин с характером, — объяснила Велена. — Им нравится непредсказуемость. Но когда женщина внезапно становится предсказуемой и скучной, хотя до этого поражала воображение разнообразными выходками, они сразу же теряют к ней интерес и находят замену.

Лиза не видела в словах Велены никакого смысла. Она не понимала, как любимый человек может стать скучным. Впрочем, опыт в отношениях с мужчинами у неё был не настолько богатый, чтобы она бралась смело об этом судить. И всё же столь сложные игры казались девушке неправильными и, пожалуй, бесчестными. Даже по отношению к демону.

В конечном итоге от Верховной ведьмы Лиза ушла в расстроенных чувствах. То, что ночью в блеске бриллиантов и под музыку оркестра казалось простым и понятным, внезапно стало необычайно сложным. Решение, которое под пристальным взглядом голубых глаз принялось само собой, теперь виделось совершенно неправильным.

«Нибрас», — мысленно позвала Лиза, почувствовав необъяснимую потребность вновь увидеть его, чтобы разобраться с самой собой, убедиться в том, что ночной разговор и обещание всего лишь случайность, не значащая ровным счётом ничего.

— Я здесь, — знакомый голос, звучавший непривычно хрипло, раздался, как всегда, за спиной. Медленно повернувшись, Лиза встретилась взглядом с привычными золотистыми глазами, взирающими на неё с сосредоточенного лица демона.

«Вчера у тебя было другое лицо», — мысленно заметила девушка, не сомневаясь, что, как и в случае с Веленой, её слова будут услышаны.

— У меня тысячи лиц, — пожал плечами Нибрас, впервые с момента их знакомства не спешивший подойти ближе, а оставшийся стоять на почтительном расстоянии.

«А какое настоящее?»

— Это.

Лиза сделала шаг вперёд, сокращая расстояние между ним, и, одновременно, осторожно нащупывая ту тонкую призрачную нить, что связывала её кольцо с одним из сердец демона.

— Ты можешь говорить вслух, — разрешил Нибрас, не спускавший с девушки напряжённого взгляда.

— Спасибо, — тут же поблагодарила Лиза. — Так, и правда, удобнее.

— Несомненно, — кивнул демон. — Ты позвала меня. Зачем?

— Я запуталась, — честно призналась девушка, смущённо потупив взгляд. — Прошлая ночь была… странной. Ты ведь знаешь, что я училась искать нашу связь, чтобы ослабить тебя?

— Знаю, — подтвердил Нибрас. — А ещё знаю, что этот идиот Леонард предлагал найти Азраила, чтобы тот тебя убил. И, да, про Чёрную свадьбу я тоже знаю.

Лиза грустно улыбнулась. Она почему-то даже не сомневалась, что их с Леонардом коварные планы не останутся тайной для Нибраса.

— И ты даже не пытался меня остановить…

— С чего бы мне это делать? — насмешливо изогнул бровь демон. — У вас всё равно бы ничего не вышло. Чёрная свадьба подразумевает добровольное согласие обоих участников.

— Леонард говорил, что в былые времена этот ритуал проводили над новорождёнными младенцами, — удивилась Лиза.

— Так и есть, — подтвердил Нибрас. — Только вот ритуал проводился не над случайным младенцем. Демон должен сам принять на свет свою будущую супругу, — или супруга, — и вскормить её молоком, смешанным со своей кровью, предварительно убив родных мать и отца, тем самым став единственным близким родственником и организовав эмоциональную привязанность.

— То есть, между нами этот ритуал не провести? — Лиза не знала, разочаровала её эта новость или обрадовала.

— Его можно провести, но это будет неимоверно трудно, учитывая тот коктейль эмоций, который ты ко мне испытываешь.

— Ты чувствуешь мои эмоции? — вот это стало для Лизы неприятным сюрпризом.

— Да, — последовал ответ. — Ведьмовское кольцо — связь о двух концах. Ты чувствуешь меня, да. Но и я чувствую тебя. Ты можешь отобрать мою магию, а я — твои жизненные силы.

Лиза не знала, что на это сказать. Возмутиться? Поздно уже. Закатить истерику? Как-то особого желания нет.

— Ты растеряна, — неожиданно мягко проговорил Нибрас.

— Меня сбивает с толку твоё поведение, — призналась Лиза. — Я привыкла, что каждая наша встреча заканчивается смертями и реками крови.

— Ты знакома с греческой мифологией? — внезапно задал Нибрас вопрос, никак не связанный с темой их разговора. Лиза отрицательно покачала головой. — Аполлон, — красавец среди богов Олимпа, — победил страшное чудовище Пифона, сразив его своими стрелами, возгордился этим и, в слепой гордыне своей оскорбил бога любви Эрота. Тот в отместку пронзил Аполлона в самое сердце стрелой любви, а другую стрелу, — убивающую любовь, — послал в сердце прекрасной нимфы Дафны, которую Аполлон случайно встретил в лесу.

Нибрас слегка наклонил голову, послав Лизе насмешливую улыбку, однако в глазах его не было ни намёка на веселье. Более того, прислушавшись, девушка ощутила исходящую от демона печаль, очень схожу с той, которая привела её к нему прошлой ночью.

— Испугавшись горящего страстью мужского взора, молодая нимфа стремглав бросилась прочь, — продолжил Нибрас, растягивая слова на манер рассказчика сказок. — Аполлон помчался вслед за ней, умоляя девушку замедлить шаг и не бояться его. Он говорил, что не враг ей, что сражён её красотой, что сердце его навеки принадлежит ей. Но невинную девушку лишь сильнее пугали слова златокудрого бога. Чувствуя, что силы покидают её, и преследователь вот-вот нагонит её, Дафна взмолилась своему отцу, Пенею, одному из речных богов. И тот, внемля мольбам дочери, превратил её в изящное деревце — лавр. Аполлон же, оставшись ни с чем, с той поры стал украшать свою голову венком из листьев лавра, чтобы хотя бы таким образом быть рядом с возлюбленной.