Утраченная планета и панк-мастер ржавых отходов

Он вернулся, протягивая руку с напитком и словно ждал чего-то от меня.

– Чокнуться нам надо, Булат, – пояснил он, видя мое недоумение.

– Богдан я, что ж не запомнишь… а чокнуться – это как?

– Ну, можно по-разному. Головой, например. Но сейчас, я хочу, чтобы мы легонько ударили наши стаканы друг о друга, после чего – выпили. Это называется «чокнуться». Традиция такая, когда, это, с кем-то выпиваешь.

Я кивнул, вытягивая руку. После легкого «звеньк», я поднес стакан к губам, ощущая бешенное сердцебиение у себя в груди. Запах все еще едко оседал в легких, я старался задержать дыхание, поднимая глаза на панка. Тот осушил все содержимое, громко выдохнул и чуть скривил губы. Я зажмурился, собрался с духом и резко повторил его движение – сделал огромный глоток.

И тут же закашлялся. Горло словно обдало огнем. Губы, глотка – все горело. Воздух весь будто вышибли. Я кашлял, а в голову словно молотком ударяли. Ноги начали подкашиваться, я почувствовал, как меня подхватили за руки, таща к креслу, попутно убирая стакан из рук. Когда гул в ушах прекратился, я услышал громкий смех. Придя, наконец, в себя, я увидел, как Данила чуть ли не пополам сложился от собственного смеха.

– Аааа, говорил же тебе, не глотай так резко, это тебе не чай, – он снова засмеялся.

– Есть чем запить? – просипел я.

Отсмеявшись, панк ответил:

– Ну ты чего, не мужик? Какие еще запивки, всего небольшой глоточек сделал. Никаких запивок на моих попойках.

Он снова протянул мне мой же стакан:

– Давай. Только медленно. И, это, не морщись, не позорь себя. Виски надо пить с гордостью. Будто ты король. И дыхание не задерживай.

Я поднялся (не без усилия) на ноги, взял стакан, снова поднес к губам, дал себе привыкнуть к запаху, и сделал маленький несмелый глоток. Глотку все еще жгло, но уже не так сильно. На вкус этот напиток был ужасен. Горький. Кислый. Какой-то непонятный. Невкусный. Я весь скривился, ничего не мог с собой поделать.

– Давай-ка я сделаю вид, что не заметил твоей гримасы. Не оскорбляй Джека и меня. Привыкнешь, пацан!

Он похлопал меня по плечу, наливая себе еще немного виски.

Я хотел что-то сказать, но вместо этого громко икнул, на что Данила весело рассмеялся:

– Ну, это, все, один готов! – проговорил он сквозь смех, – так. Так, ты еще на ногах, и это значит, что?

По его вопросительной интонации и взгляду в упор стало понятно – это был вопрос. Я открыл рот, но вместо слов оттуда снова вырвался громкий «Ик». Я даже пошатнулся, на мгновение потеряв равновесие.

– Правильно! – воскликнул мой собеседник… собутыльник, – это значит, что нужно выпить исщо!

Мужчина резво подскочил на ноги, наливая в откуда ни возьмись взявшийся стакан высокоградусное пойло. «Какого черта он двигается так быстро?» – успело промелькнуть у меня в голове. Если так подумать, то все вокруг словно ускорилось… либо я замедлился.

– Држи, – я опять же, не понимал, это я перестал правильно усваивать речь, или же на Данилу тоже подействовал алкоголь?

Еще я осознал, что ничего не соображаю. Я как болванчик кивнул и взял в руки стакан. Панк же с шумом выдохнул, принося к губам горлышко бутылки. Но глотнуть ему не дал кот… кошка… я запутался…