Другая история принцессы [litres]

Когда-то она пыталась убежать от дракона. Кажется, на второй день своего заточения, но он разнес деревню и летел над Эйслинг, пока она не вернулась в замок. А потом лег рядом и успокоился. Для него это было важным – чтобы она находилась рядом. С тех пор Эйслинг очень осторожно покидала пределы Замка-на-скале, только когда дракон был сыт или спал. И всегда возвращалась до заката. Так они и жили. И эта жизнь не была плохой, в ней было то, чего ей недоставало раньше, – свободы, права самой решать, что делать. Вот за эту свободу она многое терпела и научилась жить с драконом.

Она могла бы все золото тратить только на себя, но решила иначе. Ей хотелось закрепиться здесь, хотелось, чтобы о ней узнали, чтобы запомнили. Не какая-то очередная девушка, которую скормили дракону, а девушка, которая спасла. И если бы спросили, хочет ли она вернуться к отцу во дворец, точно бы ответила – нет.

– Я вот тут думаю, если ты так много для них сделала, чего же они так на тебя наседают? – вдруг спросил Гундриг, придерживая своего жеребца, который норовил уйти вперед. Варвар долго думал, даже хмурился, что вообще не очень-то подходило его сонному и простоватому лицу.

– Хотела бы я знать ответ, – пробормотала она. – С ними было сложно. Они считали, что, пока я сижу в башне, дракон никуда не летает. И потому я не должна выходить. Они не думали, что мне тоже, например, надо есть и где-то брать воду. Не думали, что если я не буду выходить, то умру.

Сложное было время. Правда, оно как-то быстро закончилось. Да, как только она познакомилась с Корном, все стало совсем просто.

– Но я выходила. Познакомилась с другими людьми за дальними холмами. В маленьком городке Хилн есть несколько семей, которые очень мне помогали. А я им, как могла. Так и жили. Вполне мирно последний год. Хилн расположен в низине, дракону сложнее туда залетать, поэтому там жизнь была более или менее сносной.

– Ярвин с ума сойдет, когда услышит эту историю. – Гундриг вдруг широко улыбнулся. – В детстве он мечтал быть рыцарем, который спасает принцессу. Но ты и сама справилась. Хе-хе, бедный Ярвин.

– Откуда бы он мог знать о рыцарях? Ты что-то путаешь.

– Из книжек. Много-много буковок и Уна, которая любила все объяснять. Я тоже иногда слушал, но мне больше нравилось смотреть картинки с принцессами.

Он это сказал с мечтательной улыбкой, и, вполне возможно, в этот момент перед его взором мелькали картинки с принцессами.

Эйслинг только покачала головой. Она не считала Ярвина бедным и не заметила в нем благородных порывов. Он не спрашивал ни о чем, в том числе хочет ли она замуж или нет. Так что Гундриг заблуждался насчет рыцарства своего яргана.