Поездка Есенина в Туркестан

Раскрыть образное богатство русского языка стремились многие мастера слова, в том числе А. Блок и Н. Клюев, которых Есенин считал своими учителями. Во время работы над поэмой «Пугачев» их произведения стали оцениваться Есениным по-иному. В письме критику и литературоведу Р.В. Иванову-Разумнику Есенин откровенничал: « Я даже Вам в том письме не все сказал, по-моему, Клюев совсем стал плохой поэт, так же как и Блок. Я не хочу этим Вам сказать, что они очень малы по своему внутреннему содержанию. Как раз нет. Блок, конечно, не гениальная фигура, а Клюев, как некогда пришибленный им, не сумел отойти от его голландского романтизма. Но все-таки они, конечно, значат много. Пусть Блок по недоразумению русский, а Клюев поет Россию по книжным летописям и ложной ее зарисовке всех приходимцев, в этом они, конечно, кое-что сделали. Сделали до некоторой степени даже оригинально. Я не люблю их, главным образом, как мастеров в нашем языке. Блок – поэт бесформенный. Клюев тоже. У них нет почти никакой фигуральности нашего языка. У Клюева они очень мелкие («черница-темь сядет с пяльцами под окошко шить златны воздухи», «Зой ку-ку загозье, гомон с гремью ширгунцами вешает на сучья», «туча – ель, а солнце – белка с раззолоченным хвостом» и т.д.). А Блок исключительно чувствует только простое слово по Гоголю, что «слово есть знак, которым человек человеку передает то, что им поймано в явлении внутреннем или внешнем» (VI, 122-123).

Желание добиваться выразительности художественного образа подтолкнуло Есенина на пересмотр собственного мнения о роли просторечных и диалектных слов в поэтических текстах. В начале своего творческого пути он часто использовал диалектные слова, которые многим читателям были непонятны. За это рецензенты его справедливо критиковали. При переиздании Есенин внес в стихотворения поправки, заменяя некоторые диалектные и просторечные слова и выражения. Поэтому было оправданным его замечания в адрес Клюева, который в своих лирических произведениях использовал диалектные слова, смысл которых был понятен ограниченному кругу людей. Мало кто знает, что в северных говорах слово «зой» обозначает гул, шум множества насекомых, а «загозье» образовано от «загозынька» в значение кукушка, таким образом «загозий» - это кукушечий, наконец, «шаргунцы» употреблены в значении бубенчики, погремушки. Так писал Н. Клюев в 1915 году в стихотворении «Беседный наигрыш, стих доброписный». Есенин хорошо помнил эти строки, цитируя их в письме.