Сахарный череп

Пауза затягивалась.

Было слышно, как трещат сверчки и ветер играет листвой деревьев. Даже собаки уже не перегавкивались между собой. Тишь да благодать. И говорящий череп рядом.

– Это долгая история, – заявил он таким тоном, словно я попросил рассказать его все грязные тайны Шибальбы. – Но… если кратко – это мое место. Я тут живу очень давно. Я знал портного Карлоса, хороший был мужик. И госпожу Чералани, которая взяла Карлоса под опеку.

– Так ты вроде доброго дедушки-смотрителя? – усмехнулся я.

– Смотри за собой, – огрызнулся он.

– Прости-прости, – дал я заднюю, стараясь больше не посмеиваться.

Не стоит и правда умничать. Чочу не стал задирать нос… точнее, то, что от него не осталось. А я все не могу успокоиться.

– Прости, – повторил я. – Пребывание в Шибальбе портит характер. А у меня он и так не мед.

Красные огоньки вспыхнули торжеством.

– Значит, ты сам признаешь, что пришел из Шибальбы?

– Правда за правду.

Чочу перекатился поближе, так, чтобы было удобнее смотреть на меня. Я поколебался, но потом опустил раскрытую ладонь к нему. В следующий миг Чочу оказался на ладони.

Я невольно крякнул.

– Ничего себе.

– Я хорошо питаюсь, – не смутился он.

– Но ты же череп.

– Это сейчас был комплимент или оскорбление?

Да уж. С этим не забалуешь. Языкастый до ужаса. С другой стороны, я никогда не держал на руках Хранителя. Ощущения были… странные. И тяжесть, и легкое покалывание; чувство, что держишь нечто, совершенно не принадлежащее этому миру.

– В общем, я был в дружественных отношениях с Домом Обсидиановых ножей. Они помогли мне перебраться сюда. Но при этом… как бы это сказать… закрепили за мной определенную территорию. И велели приглядывать за этим местом.

– Дом Обсидиановых ножей? – уточнил я, невольно передернув плечами.

Вот не люблю их. Не. Люблю. И есть причины.

– Они, – подтвердил Чочу. – Теска, племянник этой старой крысы Шок-Аху.

На моих губах появилась улыбка, а в груди появилось облегчение.

– И ты… закрепился?

– Разумеется. В Чиламе хорошо. К тому же к портным постоянно ходят красивые барышни. Знаешь, никому не придет в голову, что за ними подглядывает череп.

Я не выдержал и расхохотался.

– С тобой не соскучишься.

– Не люблю унылые морды, – хмыкнул он. – А теперь твоя очередь. Выкладывай.

Так как курить было больше нечего, а в дом не уйти, пришлось рассказывать.

– Что ж… Помнишь тройку странных Богов, которые не боги, и людей, которые не люди?

Чочу на мгновение замер. Кажется, он не мог поверить услышанному. А взгляд такой, что у меня по позвоночнику пробежал холод. Не самое приятное чувство, скажу я вам. Однако ничего не оставалось, как терпеть и ждать.

Если Чочу не вспомнит, то, может, и к лучшему. Если вспомнит… Придется рассказывать.

– Было трое, но ведь остался один, – наконец-то произнес он.

– Максимон, – прошептал я, и неожиданно под ногами дрогнула земля.

Мы с Чочу уставились на нее.