Сахарный череп

– Мне нравится мой счет в банке господина Тлоли, – совершенно искренне ответила я. – И мои девочки из ателье. А боги не могут нравиться или не нравиться. Они есть. И это надо понимать.

– Зануда, – проворчал Чочу и смолк.

Я сделала вид, что не замечаю его задумчивого взгляда. Просто убрала все со стола. Потом направилась в комнату, тяжко вздохнула. Обратиться к высшим сущностям так и не удалось, придется теперь полагаться на собственные силы.

Я собрала камни видения, свернула скатерть и бросила взгляд в окно.

Темно, никого нет. Что ж… пора спать.

***

Дождь лил такой, что впору грозить небу кулаком и, ругаясь, перепрыгивать через лужи. Прохожие с визгом носились по улицам: то тут, то там вспыхивали молнии, норовящие ударить в самые неподходящие места.

Вреда от этого никакого – всего лишь веселятся ичтланы, слуги бога дождя Ичтли. Они никогда не причинят вреда горожанам, но напугать… это святое. Так эти пройдохи развлекаются за все часы засухи.

Я распахнула дверь в ателье и с трудом втянула все коробки.

– Девочки! Паоло привез мишуру и блестки, разбираем!

– Ах, он негодяй, не мог помочь сеньорите всю эту тяжесть занести сюда! – возмутилась Мария, одна из сестер-близняшек Энчиладас, подлетая ко мне и забирая самую тяжелую коробку. – Такой дождь, будто ичтланы опрокинули все небесные кувшины, а ему лень высунуть нос из повозки!

– Не ругайся, у него еще столько заказов, – еле сдержала смех я, но черноглазая смуглая Мария только отмахнулась.

– Знаю-знаю. И к вдовушке со второй улицы заедет, и на склад, и на базар.

– К вдовушке после базара, – хихикнула Марта, сестра Марии.

– Девушки! – хлопнула я в ладоши. – Не обсуждаем личную жизнь нашего дорогого во всех смыслах поставщика, занимаемся делом. До Карнавала Мертвых осталось всего ничего, а у нас целое семейство Родагес сидит без платьев. А там, если вы помните, пять дочерей, мать и кокетка-бабушка.

– И засушенная тетка, которая постоянно выглядывает из окна, – добавила со своего места за столом в углу мама Замба. – Мерзкая бабенка, скажу я вам. Неудивительно, что до сих пор сидит на своем втором этаже и плетет проклятия.

– Родагес без койопы все, – хмыкнула я, – они ничего не могут плести.

Мама Замба резко приспустила очки на кончик крупного коричневого носа, громко звякнули широкие браслеты на ее запястьях. Внимательно посмотрела на меня.

– Роза, поверь, необязательно иметь молнию в крови, чтобы кому-то от души сделать гадость.

Мама Замба никогда не скажет глупость. Волосы ее седы, шоколадная кожа испещрена морщинами, но ум до сих пор остер, а взгляд проницателен. На ее руках металлические браслеты, на шее – ворох ожерелий, а возле локтя под кожу вшито заговоренное перо.

Мама Замба живет в районе Нкрума-Эйо, среди чернокожих колдунов, фигуристых красавиц и мужчин, которые ничего не боятся. У нее трое взрослых сыновей и юная дочь. А еще сосед, который колдует по ночам.

Она – старейшая моя работница и лучшая портниха во всем Чиламе. Наше знакомство было весьма странным…

…Когда я, проклиная пыль и мусор, убирала в помещении ателье, раздался стук в дверь.

Стоило открыть, я увидела полную темнокожую женщину в вишневом платье и цветастом головном уборе в виде чалмы. В ее руках была сигара, а золотая оправа очков блестела на солнце так же ярко, как и массивные перстни на пальцах.

– Роза? – спросила она хриплым контральто.

– Да, – кивнула я, с интересом разглядывая гостью.

– Я – мама Замба. И я хочу у тебя работать, – сказала она так, будто интересовалась, который час. – Тебе не найти лучшей портнихи в Чиламе.

Я несколько оторопела от такого заявления, однако не спешила давать резкий ответ. В маме Замбе было нечто интригующее. Вряд ли человек, который ничего не умеет, так смело будет называть себя лучшим. Ведь это очень легко проверить.

Она словно прочитала мои мысли, сверкнула белоснежной улыбкой.

– Проверь меня, Роза.

– Хорошо. Тогда возьмите ту швабру, а я за тазиком.

Было до ужаса любопытно: фыркнет, развернется и уйдет? Ведь предлагаю не шитье, а уборку. Но мама Замба даже бровью не повела, закатала рукава и принялась помогать. Мастерство ее я увидела уже позже, когда мы привели в порядок помещение. И… скажу честно, до сих пор не понимаю, почему такая женщина пришла именно ко мне.

– В моем доме живут трое колдунов-вугу, – пожимала она плечами. – Думаете, это легко? Мне нужен хоть какой-то отдых и перемена картины перед глазами!