Дракон Нерождённый [litres]

Когда голова Кельвина Сирли стукнулась о столешницу, почти все бутылки густого, крепкого пива, были уже пусты.

– Надо же! – воскликнула Шира. – Так быстро? Даже второй ящик не вскрыли!

Мужчина что-то неразборчиво пробормотал.

– Зубастик, отнеси его туда, где он спит, а мы пока поболтаем о своём, о девичьем.

Белый орк легко поднял Кельвина. Шира же обернулась к Самшит и в карих глазах не оказалось и следа хмеля.

– Служение вам сильно его истратило, преподобная. В прежние времена это он всегда нёс меня к кровати.

Самшит была уверена, что совершенно контролировала каждую мышцу лица, но волшебница всё равно усмехнулась так, словно увидела желаемое. А потом истинные чувства поднялись из глубин её души и перед Самшит появилась страдающая, искренне обеспокоенная женщина.

– Я, наверное, была бы очень зла на вас, преподобная, – глухо сказала Шира, – если бы не то, как он на вас смотрит. Знаете, этот кривой калека мог обаять любую, сотни красоток по всему миру прели от его улыбки, но ни на одну он не смотрел как на вас. Моё восхищение, вы оказались достойны.

Самшит всё ещё не ослабевала контроль, которому училась с раннего детства, каждый вздох, каждое движение было в её полной власти, но удержать вопрос жрица не смогла. Или не захотела.

– Даже на вас он так не смотрел?

Волшебница крутанула кольцо на одном из пальцев, улыбнулась, покачала головой.

– Мы оба согласились, что дружба помогает работе, а страсть, – нет. Он забавный, этот дуболом, всегда был такой. Из нас двоих я взрывная, а он рассудительный и смягчающий.

– Охотно верю.

Шираэн помолчала, разглядывая столешницу, подбирая слова, которые, на самом деле, давно были подобраны, нужно было только найти силы для их произнесения.

– Помню его совсем салагой. Я и сама тогда была зеленовата ещё, но он только вступил в отряд, худой, долговязый, но такой… несгибаемый. Потом, когда мы сработались, я не раз думала, что, наверное, он состарится и умрёт на моих глазах. Если будет достаточно удачлив, разумеется, при нашей-то службе. Но я не ожидала, что всё случится так… молниеносно.

У Самшит кольнуло сердце.

– Порой я забываю, сколь щедрый срок отпущен волшебникам, – сказала она.

– Верно. И бывает так, что долголетие, – зло.

Нужно было поскорее сменить канву этих полуночных откровений.

– К счастью, ваша семья будет с вами достаточно долго. Надеюсь, это не прозвучало…

– Не прозвучало, преподобная. Всё верно, и я счастлива, что они у меня есть.

– Возможно, я не осведомлена в нужной мере, но разве гномы часто принимают к себе людей?