Разговор за рюмкой чая. Любить непросто. Просто – не любить
- Автор: Столыпин Валерий
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Разговор за рюмкой чая. Любить непросто. Просто – не любить». Краткое содержание книги:
– Тебе лучше не знать, любимый, – сказала Лилиан, пряча от него виноватый взгляд. Я такая дура.
– Вовсе нет, цыплёнок. Вот то, что может поднять тебе настроение.
Лиля махнула рукой и схватилась за голову. Ей было не до шуток.
Муж протянул объёмный фирменный пакет.
– Взгляни на это. Я угадал?
Лилиан нехотя раскрыла пакет, затем коробку со знакомым фирменным знаком. В упаковке лежали именно те туфли, именно того размера и цвета, которых не оказалось вчера в бутике.
– Как же я люблю тебя милый, – закричала дама, но тут же скорчилась от тошноты и головной боли. – Сегодня мы с тобой никого не принимаем. Договорились?
– А меня, Лилечка?
– Смерти моей хочешь, – спросила жена и добавила, – ты меня правда любишь?
И тут её понеслось…
Лиля догадалась, что весь этот трагический спектакль устроил никто Арнольд, чёрт бы его побрал. Пусть не специально, но…
В воздухе запахло семейным скандалом, которого нельзя было допустить.
Муж Лилиан недаром занимал высокий пост: он мгновенно оценил ситуацию и спросил, – сколько?
Какой же ты всё-таки подлец!
Калерия Леонидовна, эффектная брюнетка в активном возрасте, который обычно за глаза определяют, как “баба ягодка опять”.
Женщина жила в собственном благоустроенном домике в укромном уголке тихого пригорода и ни в чём не нуждалась, кроме, разве что, любви.
После внезапной гибели мужа прошло пять лет.
Калерия Леонидовна честно выдержала положенный после кончины любимого человека срок, в течение которого соблюдала траур и не заводила новых знакомств.
Средств на безбедную жизнь муж успел заработать достаточно: работать ей не приходилось, но одиночество и уединение угнетали.
Справиться с тоской и унынием не помогало, ни музицирование на рояле (до замужества Калерия преподавала сольфеджио в музыкальной школе), ни усердный уход за цветником и садиком, ни чтение книг.
Подруг у неё не было: муж не любил общество “вертихвосток”. Он был персоной сановной, по причине чего общаться ему приходилось много, отчего супруг уставал.
Калерия Леонидовна мужа любила, поэтому выполняла беспрекословно любые его желания, которых было не так уж много: идеальный порядок в доме, диетический завтрак при пробуждении, безупречный гардероб, стопка новых сорочек, вкусный ужин, тишина в доме, когда он работал в кабинете, непременное романтическое свидание с супругой вечером пятницы.
Вот, пожалуй, и всё.
В остальном Калерия Леонидовна была полностью свободна и не ограничена в средствах.
Оставшись одна, женщина была безутешна.
Поначалу она каждый день непременно посещала могилу мужа, подолгу с ним беседовала, поверяя мемориалу сокровенные мысли, заветные мечты и насущные проблемы, основной и главной из которых оставалось удручающее безмолвие и гнетущее одиночество.
Калерия даже не замечала, что свой монолог воспринимает, как полноценную беседу.
– Извини, Евгений Вениаминович, припозднилась. Гладила то самое платье, в котором ты называл меня ненаглядной и надо же – электричество отключили во всём посёлке. Ты же знаешь, я суетливая. Разнервничалась, начала паниковать. Знаю же – ждёшь меня. Сейчас я тебя протру. Угораздило же меня устроить могилку под берёзой! Мою обелиск, мою, а вороны и скворцы… Зато тебе не скучно.
Калерия Леонидовна пускала слезу, присаживалась на скамеечку.
– Помнишь, Женечка, как мы последний раз в филармонию ходили? Погода была прескверная. Ты тогда в лужу наступил, туфли и брюки обрызгал. Мы ещё к последнему звонку опоздали. Пришлось извиняться. Да… Музыканты играли виртуозно, что и говорить, а настроения не было. Вот и у меня… пришлось перевернуть весь гардероб. С фонариком ничего толком не видно. Не могла же я тебе пойти, в чём попало.
Женщина зажигала поминальные свечи, стелила перед погребальным холмиком коврик, вставала на колени и молилась, как умела.
– Ты же меня так любил, так любил: потакал всем моим прихотям. А зря… не уберегла я тебя. Прости ты меня, глупую. Лучше бы мне туда…
Калерия снова принималась плакать.
– Нет-нет,не верь мне, не верь. Рано к тебе. Погоди, не торопись, полижи пока. Лучше скажи, никого ещё там не нашёл, а то может я напрасно беспокоюсь? Одиноко мне, горько. Отпустил бы ты меня, что ли. Тебе там хорошо, ни о чём думать не надо…
Съеденная машинально конфетка успокаивала, придавала бодрости.