Судьба «румынского золота» в России 1916–2020. Очерки истории [litres]

[94]. И подобные свидетельства не были единичными. Так, начальник распределительного пункта в г. Бендеры сообщал 5 мая председателю ликвидационной комиссии при Управлении военных сообщений Румынского фронта: «Распределительный пункт всё время исполнял свои обязанности и исправно нёс службу по сохранению имущества. Никакие эксцессы со стороны солдат и большевиков не нарушали порядка и не наносили ущерба»[95]. Обстановка, однако, резко изменилось после ввода румынских войск в Бессарабию. Начиная с 20 января (2 февраля), как говорилось далее в донесении, после вступления на рассвете в город румын «распределительный пункт начал уничтожаться. Штатная команда убежала неизвестно куда. Бегут люди, захватив с собой скот, лошадей и обоз. Тем не менее, имущество пункта с помощью офицеров, писарей и оставшегося караула удалось сохранить». «В 12 часов 20 января, – информировал далее начальник пункта, – мне донесли, что на Павловской улице, где размещался околоток и вещевой цейхгауз вверенного мне пункта, румыны выставили караул. В 16 часов 21 января мне сообщили, что околоток грабит румынский караул. Осматриваю и устанавливаю факты хищения там вещей. Докладываю румынскому полковнику Мелеку, который приказывает своему адъютанту капитану Зенеску расследовать это дело. Однако к 22 января всё имущество околотка исчезает, хотя имущество цейхгауза, находящееся в том же дворе, по-видимому, к этому времени всё же уцелело, хотя замков на дверях и печатей на них нет»[96]. Далее из донесения следует, что с 25 января (7 февраля) румыны начали растаскивать оставшееся имущество. «Объезжая занимаемые пунктом помещения, – сообщал начальник пункта, – я констатирую следующее: в канцелярии беспорядок, все бумаги перерыты, ящики с секретными документами взломаны, касса раскрыта (деньги ночью, согласно моему приказанию, кассиром были вынуты), и все дела смешаны в кучу и разорваны. В продуктовом цейхгаузе растаскивается всё: чай, сахар, зерно и прочие продукты. В вещевом цейхгаузе румынские солдаты и офицеры выносят обмундирование, сукно и прочие вещи»[97]. Обращение к румынскому военному коменданту и молдавским властям не возымели никакого положительного действия. Румынский майор Изворану, прибывший к вещевому цейхгаузу, заявил, что «всё имущество принадлежит румынам». В ответ на настойчивое требование оформить прием имущества официально и составить акт Изворану повторил, что «всё принадлежит румынам и никакой расписки он… не даст». Составлять акты пришлось начальнику распределительного пункта и его подчиненным. Впоследствии эти документы – опись разграбленного румынами имущества, акт передачи имущества на хранение румынам, акт о разграблении румынами вещевого цейхгауза, акт о разграблении румынами продуктового цейхгауза, акт о разграблении румынами канцелярии, акт о разграблении румынами околотка, дознание об исчезновении кожи, рапорт об исчезнувшей муке, квитанции о сдаче румынами лошадей и повозок, дознание об убийстве румынами солдата Дмитрия Пименова – были приложены к донесению, отправленному русскому командованию[98]. Аналогичные рапорты и акты, проливающие свет на судьбу русского имущества, разграбленного или переданного на хранение румынским властям, поступали в демобилизационное ведомство русского командования и из других румынских и бессарабских городов и населенных пунктов – Тирасполя, Кишинева, Бакэу, а также от различных ведомств: санитарного, интендантского, артиллерийского и др. Документально подтверждено, что были захвачены и опустошены склады Всероссийского союза городов, Российского общества Красного Креста в Измаиле, проданы с молотка 200 пароходов, буксиров, барж на Дунае, в руки румын попало 500 паровозов и более 7 тыс. вагонов, исчезли сбережения солдат, хранившиеся в полевых сберегательных кассах, и т. д. По неполным подсчетам материальный ущерб российской стороны, понесенный из-за бесчинств румын в период ликвидации Румынского фронта, превысил 1 млрд руб. золотом[99]. Советское правительство потребовало прекращения издевательств над русскими солдатами на Румынском фронте и возвращения российского имущества, оставленного на территории Румынии, или его компенсации румынскими властями.