Железный герцог
- Автор: Куриев Мурат Магометович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Литагент
- ISBN: 978-5-00170-442-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный герцог». Краткое содержание книги:
Герцог Веллингтон. Железный герцог… За что его назвали «железным»? За стойкость при Ватерлоо? Или за то, что в его доме стояли железные ставни, защита от камней?
От любви до ненависти один шаг… Не про Веллингтона. Вся его жизнь состоит из таких шагов.
Знаменитый полководец и политик, который просто всегда оставался самим собой. Оказалось, что этого достаточно для того, чтобы стать национальным героем…
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Однако я хочу, чтобы у читателя имелось представление, поскольку герои книги принимали участие в необычной войне. Так как же ее назвать? Американский историк Дэвид Белл называет «первой тотальной». Можно? Вполне. И «первой мировой» – тоже можно. Просто никто особо не хочет. Многое придется «ломать», такая война может начаться!
Давайте я не буду наклеивать ярлыки. «Тотальная», «первая мировая» – как угодно. Важно только одно. Такая война была первой в истории. Я просто объясню почему.
…В 1792 году депутаты-жирондисты во французском Конвенте заявили: «Мы начинаем войну, чтобы покончить с войнами. Это будет последняя война». Интересное сочетание идей Просвещения с милитаризмом. Чтобы исполнить вековую мечту человечества о прекращении войн, нужно… повоевать.
Вы не сильно удивитесь, узнав о том, что накануне той войны, которую официально называют Первой мировой, были широко распространены точно такие же настроения? В 1914-м Герберт Уэллс написал эссе под названием «Война, которая покончит с войной». Даже Наполеон охотно рассуждал о некой «последней войне», Наполеон, сделавший войну перманентной.
Делаем простой вывод. Если мы слышим слово «последняя», значит – война будет очень большая. Война 1792–1815 гг. именно такая. Сразу отметим важный нюанс. Никакого прорыва в военных технологиях в те времена не произошло. Изменения в интенсивности и масштабах. Если хотите – в размахе.
До конца XVIII века сражений, где число участников перевалило за сто тысяч, считай, и не было. Ваграм, 1809 год. 300 тысяч. «Битва народов», Лейпциг, 1813-й. 500 тысяч! Ничего подобного раньше и близко не было! Да и в будущем «рекорд» очень нескоро перекроют.
Потери Франции в этой войне – чуть меньше миллиона человек, в Первую мировую – миллион триста тысяч. Теперь сравните оружие. Конечно, войну можно называть тотальной. Ведь она потребовала мобилизации всех ресурсов. И когда такое случалось прежде?
Люди, конечно, на первом месте. Хотя, возможно, и на втором. Новая идеология – вот что отличало эту войну. Вы думаете, что сейчас я начну рассуждать о том, что «новая Франция» сражалась со «старым миром»? Конечно, нет. Такая идея относительно хороша для первых лет войны, дальше она уже плохо работает.
Есть несколько основ.
Первая и, возможно, главная – милитаризм. Слово – и чаще всего ругательное – мы все знаем с детства. То, что оно обрело смысл в начале XIX века, известно не многим. Уже упоминавшийся мной американец Дэвид Белл приводит очень интересный аргумент. Разделение общества на военных и гражданских. Действительно, в «большую войну» появились два разных мира. Статус, ценности – разница очень солидная. Зачастую именно внешняя сторона лучше всего характеризует изменения. Наступает век военных, значит – жди беды.
Вторая основа – политическое оформление. Война не просто превращается в правильное решение всех проблем. Она подчиняет себе всё. Она вовлекает всех и снимает любые ограничения. Война и есть политика.
Третья. Война до победного конца. Кто-то удивится, что я не поставил эту идею на первое место. На то есть основания. Конечно, в мировых войнах пресловутый победный конец едва ли не главное. Всё подчинено основной цели.
В большой войне 1792–1815 гг. такая цель тоже имелась. Потому она и тянет на первую мировую. Только, в отличие от войн XX века, она, как бы сказать поточнее, не была столь жесткой, всепоглощающей. Зато она заставляла того же Наполеона мыслить в категориях «победа или смерть» тогда, когда «смертью» даже не пахло. Иными словами, он начинал кампании и без ясных целей, не очень хорошо представляя, зачем они нужны. Классический пример – поход в Россию.
И, наконец, последнее в части идеологического и политического оформления. Мировые войны отличаются от других тем, что по их окончании предпринимаются попытки создания нового международного порядка. Системы договорных отношений, которые якобы предотвращают возможность новой большой войны. Так было и после Первой мировой, и после Второй.
А когда подобное произошло впервые? Когда появились Венская система и Священный союз! Плохие, хорошие, но они обеспечивали мир в Европе на протяжении нескольких десятилетий.
Перейдем теперь к тому, что бросается в глаза, к чему-то совершенно материальному.
Масштабы? Просто грандиозные. Война шла больше двадцати лет, в нее были вовлечены практически все европейские страны. Перечислять все сражения – книги не хватит.