Ростки лжи

Шаманы и старейшины переглянулись, но промолчали.

— И я не могу. А значит, это вполне возможно. — удовлетворённо кивнул собственной правоте Исгерд. — А теперь представьте, что мы решили убить его. Ударили внезапно, во сне, например. Убили первым ударом. А затем промороженный до костей труп поднимается, и превращает поселение вокруг в кладбище. А потом идёт к следующему и следующему, собирая с собой армию…

— Мы не можем утверждать наверняка, что он на такое способен. — скептически высказался один из шаманов.

— Главное то, что мы не можем утверждать обратное наверняка. — отрезал Исгерд. — А вот предпосылок для такого варианта развития событий более чем достаточно. И что, по-вашему, мы должны были сделать в таком случае?

— Можно уничтожить тело. — неуверенно подал голос один из шаманов помладше.

— Вот как? Ну и расскажи мне, как ты сделаешь это одной атакой. Кости - крепкая вещь, они не сгорают в огне даже за несколько часов. Может, у нас под боком есть озеро лавы, чтобы скинуть его туда? — язвительно ответил седовласый шаман.

Молодой шаман пристыженно замолчал.

— Мы могли бы призвать Бладьюра...

— Я прямо представляю себе это: взывать к богу потому, что мы испугались ОДНОГО человека. — захохотал член совет шаманов. — Большего позора в истории нашего народа, наверно, никогда и не было. Или ещё лучше: попытаемся убить, а если не сможем, позовём Бладьюра, потому что, видите ли, целая раса не может справиться с одним человеком. Блеск! Гениальное предложение! Да он проклянёт нас за трусость до седьмого колена!

— Тем не менее, если оставить всё как есть, велика вероятность, что люди заявятся к нам с целой армией подобных мастеров, и нам нечем будет ответить. — Агдис не был намерен сдаваться так просто.

— Зачем?

— Что зачем? — не понял вопроса старший шаман.

— Человек, что пришёл к нам, несомненно, жесток, властолюбив, и не склонен к сантиментам, насколько я успел его узнать. И всё же, не питая к нашему народу не малейшей любви, он предпочёл договориться и использовать нас в своих целях, вместо того чтобы завоевать и покорить. Если даже самый бесчестный из людей понимает, что север слишком беден, чтобы они могли отобрать у нас что-то ценное, то зачем другим идти сюда? Даже если они знают, что могут победить? Мы ведь точно не сдадимся без боя.

— Прекратить набеги, как минимум.

— Если наш будущий поход на юг удастся, нам больше не потребуются набеги.

— Если.

— Если. — согласно кивнул Исгерд. — Однако там, куда мы идём, будут сражаться люди с людьми, помимо нас. И если наш гость проиграет, то, он, несомненно, захочет реванша. А человек с подобными способностями имеет все шансы взять таковой. Возможно, нам это будет даже выгоднее: ведь тогда он вернётся на север, и попробует достать больше войск, и платить за них вновь сможет только знаниями. А если он выиграет, ему, скорее всего, будет уже не до каких-то там далёких дикарей на севере. Мы станем не нужны.