Тайны гор, которых не было на карте [calibre 4.19.0]

– Ну… в принципе, так оно и было, – согласился Дьявол. – Я уже оструктуренный, и с Законом. И море, не пойми чего… Всколыхнулась Бездна, и поднялся туман, который ни на что не реагировал – не то тень, не то отражение… Муть, одним словом. И не материя вовсе, море в океане. А на границе море пенилось и кружилось, заворачиваясь в спирали и вихри, как смерчи и циклоны. Или даже сердцевина протона, которая самая что ни наесть Серая Уточка, которая муть на иглу прядет, но уже на одном месте.

Пришлось засучить рукава. Вдохнул я в Серую Уточку силы великие. И крутилась она, и вертелась, и ныряла глубоко. И, наконец, принесла в клювике горсть земли – нечто материальное.

Так, наконец, был пойман конец Бездны.

Вдохнул в него жизнь, устроив Подвселенную по образу и подобию Небесного Царства. И родилась «сыра земля». Сырая – ибо на семьдесят процентов состоит из Бездны. Сверху запек корочкой – физическая материя, астральная материя – второй свод, заполняет пространство подвселенной и цементирует его. Частиц в ней нет, и вроде бы нейтральна, но если рассматривать астральные своды Небесной и Поднебесной, то один заряжен положительно, а второй отрицательно. И еще один свод – ментальный. Головы обоих земель повернуты на меня, а здесь хвосты… Перун и Велес.

Дьявол замолчал, с любопытством прицениваясь к Манькиной голове.

– Ну и? – не выдержала она.

– Думаю, про Юшу-змея не объяснить современному человеку, даже если он золотой с головы до головы… Вот представь, серая уточка веретеном из Небесного чертога прядет на иглу, образуя в некотором месте свода атом или частица. Маленькая электростанция, но расположена она перпендикулярно физическому пласту материи. То, что пытаются поймать ученые, это всего лишь молнии. Долгоживущие, как шаровая молния, короткоживущие, прототипы первых частиц, из которых был получен первый протон…

–– В принципе, понять можно…

–– Сыра земля не сразу стала такой. Долго бился я с Бездной. Подходили к камню Алатырю, силы светлые. В частности, Сварог, который, на законном основании, заполняет собой все пределы – бил по нему, и падала на сыру землю искра малая. Так родился Семаргл-Огнебог и Сварожич-Стрибог – два подпространства. Подползала к Алатырю Бездна, и била в камень, и родились звери лютые, многоглавые, грифоны и василиски, которые противодействуют силам добра и пытаются вернуть созданное в изначальное состояние.

Ох, как мы бились, сколько железа съел, прежде чем меч был оточен! И то я побеждал, то Бездна. И вся земля была в крови, каждый камушек, вся вселенная. Не успел жизнь вдохнуть, как уже мертво. Ты же чувствуешь боль вампира – вот и я чувствовал. Естественно, мне было проще, никаких приятных мыслей, которые приходят как благодатный огонь, Бездна родить не могла. И болезни свои земля не прятала. Но масштабы вселенской агонии несравнимы с агонией вампира. Все же, когда умирает человек, земля, на которой он стоит, не умирает вместе с ним.

Вот, например, как-то раз поворотился Юша-змей, и рассыпались первые прототипы атомов, которые в себе не имели Бездну, на частицы. И полетел Сварожич во все края, и тонул во мраке, где частицы гибли, поглощаемые Бездной.